В этом году мастерская Михаила Аграновича во ВГИКе открывает набор на особых условиях. Чтобы получить обещанное бюджетное место, абитуриент должен сначала подписать контракт с Министерством обороны и отслужить год в войсках беспилотных систем. Дальше всё зависит от удачи: нужно вернуться живым и надеяться, что государство выполнит свою часть сделки.

Мы обратились к профессору ВГИКа Михаилу Аграновичу за комментарием. Он отказался отвечать на вопросы Радио Свобода, заявив, что ему необходимо время, чтобы обдумать свою позицию.

В российских ВУЗах завершается приемная кампания. В этом году высшее образование стало менее доступным: абитуриенты и их родители жалуются, что не могут пройти на бюджетные места даже с самыми высокими баллами Единого госэкзамена. Одна из причин – большое количество льготников и олимпиадников. В том числе по особой, расширенной квоте поступают участники войны с Украиной и их дети. Как и почему усложнилось поступление в ВУЗы, разбирался Артем Филатов.

Математик и бывший доцент МГУ Михаил Лобанов считает, что квота в 10% для участников СВО и их родственников в последние годы и особенно сейчас расширилась:

– Действительно в законе прописано не менее 10%. И в начале войны это было действительно 10%. Это казалось огромной квотой, которую невозможно исчерпать. А сейчас, в этом году, мы видим, что довольно многие вузы ставят и 15% и больше. Это действительно отдельная дорожка, которая отнимает места у обычных абитуриентов, которые сдают ЕГЭ и участвуют в Олимпиадах. Когда это только вводили в начале войны, это бросалось в глаза. Это просто было несоизмеримо с тем количеством людей, мужчин, которые находились в тот момент на войне, и тем, сколько в них в среднем должно быть детей, и кто из них может поступать. Это казалось какой-то огромный запас.

– Какая должна быть стратегия сегодня для абитуриентов, чтобы поступить в ВУЗ?

– Если этот человек учится в школе, с точки зрения поступления, ему в текущих условиях важно и готовиться к ЕГЭ, понимать, на какое направление подготовки он хочет, какие экзамены для этого потребуются. Но это сочетать и с участием в олимпиадах, с олимпиадной подготовкой. Чтобы стараться использовать и ту, и другую возможность. Это будет полезно и с точки зрения шансов на высококачественный результат поступить в тот университет, который бы он хотел.

– Скажите, а расширение бюджетных мест возможно или нет?

– Оно даже необходимо. В России, наверное, не менее половины студентов учатся за свой счет и за счет своих родителей. И, безусловно, мы должны менять систему и высшего образования, и приема в университеты так, чтобы большее количество абитуриентов, нынешних школьников могли самореализоваться, пойти туда, куда им интересно, на высшее образование с высоким уровнем подготовки. И важно, чтобы в этом высшем образовании преподаватели и администрация факультетов не были вынуждены оставлять тех, кто уже потерял мотивацию, не учится и не может, а могли бы их отчислить, и чтобы это не было сопряжено с рисками, что этого человека отправят на фронт, и он там погибнет. Или это не было сопряжено с тем, что в случае отчисления, это бы лишало финансирования факультет и университет

– В Высшей школе экономики и во ВГИКе обещают бюджетные места за подписание контрактов с Минобороны на оператора БПЛА. Как вы считаете, реально ли будет получить такое место в элитном ВУЗе, если кто-то решится подписать контракт?

–Я бы никому не советовал идти по такому пути и рисковать своей жизнью, и тем более жизнями других людей, соглашаясь на такую перспективу. Мы видели, что доверять российским властям в плане их заявления о том, что контракт будет краткосрочным, не стоит. И с точки зрения того, что никакое образование не стоит того, чтобы соглашаться на такое предложение.