Интервью редактора журнала Western Friend Кейтлин Черчилль с Розой Кирк-Дэвиддофф

Кейтлин: Не могла бы ты рассказать о себе и о том, по какой специальности получила степень магистра?
Роза: Я получила степень магистра по экологии в Университете Невады в Рино, а именно по программе «Экология, эволюция и биология охраны природы». Я живу в Рино уже три с половиной года. Выросла я в Мэриленде. В бакалавриате изучала экологию, а затем переезжала из одного места в другое, работая в природоохранных организациях в Теннесси и Колорадо, где прошла подготовку в качестве сотрудника службы по тушению лесных пожаров. Затем переехала в Рино, чтобы занять должность научного сотрудника. Теперь, закончив учебу, я хотела бы продолжить работать в области экологии пожаров.

Кейтлин: Как ты познакомилась с Религиозным обществом Друзей?
Роза: Сейчас я посещаю собрание Друзей в Рино, но с квакерством связана всю жизнь. Мой дедушка по материнской линии — «квакер по рождению» из старинной пенсильванской семьи. Родители отправляли меня в квакерский летний лагерь «Шилоу» в Вирджинии. В лагере мы ежедневно проводили молитвенные собрания, а во время туристических походов — «экстремальные молитвенные собрания». Этот лагерь не только повлиял на мои отношения с квакерством, но и определил мою любовь к природе. Он научил меня быть созерцательной, замечать мелочи и ценить природу здесь и сейчас, а не сосредотачиваться на соревновании или на том, как быстро я могу идти в походе. В старшей школе я входила в молодежную группу Балтиморского годового собрания, в которой мы сами организовывали свои конференции. Уже будучи взрослой, я посещала собрания в Миссуле и Чаттануге, а затем переехала в Рино, где мне очень нравится местное сообщество и связи между поколениями.

Кейтлин: Как ты стала экологом-специалистом по пожарам и был ли какой-то момент, когда ты почувствовала призвание к этой профессии?
Роза: Летом 2019 года я работала в лаборатории по экологии пожаров в Монтане. Мы изучали недавние пожары, подсчитывая количество молодых побегов, чтобы понять, как восстанавливаются леса. Помню свой первый день полевых работ, когда я вошла в зону сильного выгорания. Это было поразительно — повсюду черные, мертвые деревья, а под ними ярко-зеленый иван-чай. Этот контраст и наблюдение за возвращением новой жизни очень вдохновили меня. Позже, во время службы в природоохранном корпусе в Колорадо, я прошла подготовку в качестве лесного пожарного. Мы выезжали на несколько заданий в Орегоне, и я поняла, что работа пожарного — это, по сути, постоянное соприкосновение со смертью. Однако, когда мы отправились в учебный поход по выгоревшей местности, я снова увидела все эти маленькие ростки и очень обрадовалась. Именно такая сила обновления привлекла меня в эту сферу. В своей дипломной работе я исследовала, можно ли использовать кустарники в качестве защитных растительных насаждений для посадки саженцев под ними на участках с сильным выгоранием, вместо того чтобы эти кустарники удалять. Присутствие кустарников повышало выживаемость молодых растений, поскольку снижало температуру примерно на 10 градусов, увеличивало содержание азота в почве и обеспечивало физическую защиту от травоядных животных. Это соответствует «гипотезе градиента стресса», согласно которой по мере того, как условия окружающей среды становятся более стрессовыми, взаимодействия между растениями, как правило, носят скорее кооперативный, чем конкурентный характер.

Кейтлин: В чем заключаются особенности твоей работы и что тебе больше всего интересно в экологии пожаров?
Роза: Моя работа связана с восстановлением лесов после пожаров. В рамках противодействия изменению климата лесные пожары выглядят как проблема, которую мы можем реально контролировать на местном уровне, и мне нравится, что она сочетает в себе социальные и биологические науки. Чтобы защитить людей от лесных пожаров, нам приходится говорить о ценностях — люди заботятся о деревьях, растущих в окружающей их местности. Речь идет о поиске баланса между прореживанием лесов для защиты населенных пунктов и сохранением природной красоты, которую так ценят люди.

Кейтлин: Ощущаешь ли ты духовную связь со стихией огня?
Роза: Девиз лагерей Балтиморского годового собрания звучал как «Огонь в центре» — это относилось к костру, вокруг которого мы проводили наши вечерние богослужения. В детстве я проводила много времени, сидя в тишине и вглядываясь в пламя. Став ученым, я перестала использовать негативные метафоры в отношении огня — такие как «опустошающий» или сравнивать его с чудовищами — потому что огонь не является сущностью с негативными намерениями. Это естественный процесс, который развивался вместе с этими ландшафтами. Исторически многие из здешних лесов сгорали каждые 10–15 лет в результате ударов молнии и деятельности автохтонного населения. Наша цель как землепользователей должна заключаться в восстановлении этих здоровых, позитивных отношений с огнем, когда он очищает подлесок и позволяет лесу благополучно расти.

Кейтлин: Как ты думаешь, что нужно знать Друзьям на Западном побережье об экологии пожаров?
Роза: Помимо создания индивидуальных защитных зон, меня интересует готовность сообществ к лесным пожарам. Это не должно быть чем-то индивидуальным; речь должна идти о том, чтобы соседи работали вместе, расчищая заросли и заботясь друг о друге. Налаживание таких межличностных отношений до того, как произойдет пожар, имеет решающее значение для эвакуации и последующего восстановления, а крепкие сообщества, сформированные на собраниях Друзей, могут стать частью этого процесса.

Кейтлин: Расскажи, пожалуйста, о том, как проходит подготовка лесных пожарных?
Роза: Она включает в себя занятия по огнетушению, поведению огня, метеорологии, командному управлению и командной работе. Также мы осваиваем практические навыки, такие как использование инструментов и развертывание противопожарных укрытий, проходим физический «тест с рюкзаком», в ходе которого нужно пройти три мили с нагрузкой 45 фунтов. Ты постоянно осваиваешь новые навыки и получаешь сертификаты. Я входила в состав женской пожарной бригады, что обеспечивало отличную систему поддержки. Быть женщиной в сфере, где преобладают мужчины, бывает непросто, но наличие других женщин в качестве наставниц и напарниц по команде сыграло огромную роль — будь то обучение работе с бензопилами или рытье противопожарной полосы.

Кейтлин: Какие у тебя планы теперь, когда ты получила степень магистра?
Роза: Пока все еще «неопределённо», но первым шагом станет публикация моей магистерской диссертации в экологическом журнале. Я подаю заявки на вакансии, связанные с подготовкой местных сообществ к лесным пожарам и научной коммуникацией. Я бы предпочла остаться на Западном побережье, чтобы продолжить работу в этом направлении.

Источник