Россия и Китай отмечают 30-летие стратегического партнерства

В 2026 году Россия и Китай отмечают 30-летие стратегического партнерства. Товарооборот между странами превысил 200 млрд долларов, и на смену поставкам ресурсов приходит кооперация в технологиях и промышленности. За три десятилетия Китай стал первой экономикой мира, а Россия нашла в нем крупнейшего торгового партнера. Подробнее о ситуации — в материале Накануне.RU.

Три десятилетия назад Китай только начинал путь к экономическому лидерству, и к 2026 году он превратился в первую экономику мира. Наши успехи на этом фоне чуть меньше заметны. Но санкционное давление на обе страны усиливается, мир распадается на экономические блоки, и сотрудничество Москвы и Пекина имеет геополитическое и идеологическое значение. Что касается материальных, а не духовных ценностей, — где мы, вроде как, по многим векторам совпадаем, — то судя по таможенной статистике тоже все неплохо. В 2025 году товарооборот между странами составил почти 240 млрд долларов, и хотя это на 5 млрд меньше, чем в 2024 году, первое полугодие 2026 года показывает рост почти на 23%.

Отношения Москвы и Пекина выглядят почти союзническими, но опыт международных отношений подсказывает, что вечных друзей не бывает. Нас объединяет прагматичный расчет, а не идеологическое родство, которого не стало как раз 30 лет назад. При этом подходы к созданию суверенного интернета мы все же перенимаем у коммунистического Китая.

Цифровой суверенитет и рекламные бюджеты

Заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Артем Кирьянов отметил, что независимость от западных IT-гигантов становится опасной в условиях, когда цифровые сервисы превращаются в инструмент политического давления. "Наши собственные платформы, наш национальный мессенджер — это необходимость для обеспечения базовой потребности в защищенной цифровой среде, — сказал Кирьянов. — Примерно так же на эту тему размышляют и в Китае, потому что у нас общее стремление к обретению технологической независимости".

В качестве доказательства проникновения китайского бизнеса в российское цифровое пространство Кирьянов привел данные: в 2025 году вложения китайцев в VK составили 2,6 млрд рублей, увеличившись на 18% к предыдущему году. В первом полугодии 2026 года расходы выросли в 2,7 раза, совокупный объем бюджетов превысил 2,5 млрд рублей, а количество рекламодателей из Китая увеличилось на 62%.

Но стоит помнить, что китайские компании давно работают на глобальных рынках по собственным правилам, и российские аналоги пока не могут составить им конкуренцию даже внутри страны. Вопрос в том, насколько китайские партнеры готовы делиться технологиями.

Образование и двойные дипломы

Россия и Китай объявили 2026–2027 годы перекрестными Годами образования. Китайские студенты все чаще выбирают российские вузы, особенно инженерные и медицинские специальности. В Москве по числу китайских учащихся лидирует МГУ. В Китае растет число университетов с программами двойных дипломов. Флагманский проект — совместный университет МГУ в Шэньчжэне.

Региональные вузы тоже включаются в сотрудничество. Санкт-Петербург активно развивает образовательные связи, положительные сдвиги заметны и у вузов Рязани. Но пока китайские студенты чаще выбирают университеты недалеко от Москвы.

Налоговые преференции и российские селлеры

Китайские продавцы на российских маркетплейсах получают налоговые льготы, недоступные отечественным предпринимателям. Потому российские селлеры начали массово регистрировать компании в Китае, чтобы пользоваться теми же преференциями. Интересное перекрестное сотрудничество, однако. Этот запрос со стороны российского бизнеса остается стабильным на протяжении длительного времени, подтверждают эксперты.

Беспилотники

Беспилотные технологии стали одной из центральных тем сотрудничества двух стран: "По беспилотию — это тема насущная, больная, которая перевернула представление о военных действиях, тактике и логистике, — говорит председатель Российско-Китайской Гильдии коммерции Павел Кипарисов. — Китай по производству является лидером в данной отрасли, но в части технологии реального применения беспилотных летательных аппаратов Российская Федерация на данный момент находится впереди всех".

"Китай живет плановой экономикой, на ближайшие пять лет есть приоритеты, и среди них стоит вопрос о промышленной кооперации и машиностроении, — пояснил Кипарисов. — Китай сейчас активно смотрит в сторону того, чтобы делиться технологиями, переносить производство в Российскую Федерацию".

Эксперт также рассказал о переговорах по строительству мега-ЦОДов на территории России с привлечением китайского оборудования, поскольку собственного производства такого оборудования в стране пока нет.

Искусственный интеллект

Касаясь искусственного интеллекта, Кипарисов признал лидерство Китая в темпах развития, но подчеркнул, что российская инженерная школа остается одной из сильнейших в мире.

"Не будем кривить душой, лидер по темпам развития ИИ — это Китай, — сказал он, — но математики российские, наши программисты и инженерная школа Российской Федерации безусловно сильнейшая в мире. Наши кодеры работают и в Китае, и в Силиконовой долине".

По его словам, согласно 15-й пятилетке Китая, страна готова ежегодно наращивать инвестиции в НИОКР не менее чем на 7%, что открывает возможности для кооперации российских специалистов и технологий кибербезопасности, которая также признана ведущей в мире.

Платежи, санкции и банковские счета

Ресурсная торговля остается основой экономического взаимодействия двух стран, но традиционные схемы поставок стали значительно сложнее из-за санкционного давления и изменений в мировой экономике. Старые модели ведения бизнеса оказались практически неприменимы в новых условиях, особенно когда речь заходит о вопросах оплаты и транзакций.

"Это целый квест, который выстраивался несколько лет и продолжает выстраиваться, поскольку наши банки продолжают попадать под санкции, — сказал Кипарисов. — Даже вопрос оплаты не такой простой, не говорю уже о контрактах по сложным позициям. Например, продажа сжиженного газа — только один порт в Китае на данный момент принимает российский газ".

Товары и маркетплейсы

После ухода западных компаний и на фоне санкций на российском рынке образовался серьезный дефицит потребительских товаров. Внутреннее производство не способно оперативно закрыть эту нишу, особенно в сегментах электроники, одежды, игрушек и товаров повседневного спроса. Китайские товары оказываются на 30–45% дешевле российских из-за низкой себестоимости производства и фабричных цен, отсутствия затрат на маркировку "Честный знак", которая обязательна для российских продавцов, и меньших расходов на сертификацию. "По сей день, согласно статистике, у нас товаров не хватает, — говорит эксперт. — Потребление в Российской Федерации довольно большое, поэтому сейчас команды трудятся над наполнением наших маркетплейсов товарами из Китая и привлечением китайских селлеров".

Команды Wildberries и Ozon уже несколько лет активно работают в Китае, и их представительства там заметно выросли. Сейчас эти маркетплейсы наращивают присутствие, чтобы закрыть дефицит товаров на российском рынке и привлечь больше китайских селлеров, несмотря на новые санкционные ограничения в платежной сфере.

При этом, наши маркетплейсы позволяют китайским продавцам делать миллиардные обороты, расширять ассортимент и иметь хороший доход, но российские предприниматели оказываются в менее выгодных условиях и теряют деньги, а подчас и бизнес.

Экономист Сергей Разов, который непосредственно наблюдает за тем, как российский бизнес пытается закрепиться на китайском рынке в Пекине, рассказывает об общей обстановке. "Китайцы действительно и сейчас, и 15–20 лет назад всегда очень любили Россию, — сказал Разов. — У них еще от родителей есть понимание, что Советский Союз — это старший брат Китая. И нынешнее поколение тоже очень любит нашего президента и нашу страну".

Китай остается для России крупнейшим торговым партнером. Без него санкционное давление было бы гораздо более болезненным. Почти вся высокотехнологичная продукция — от микрочипов до станков — идет через Китай, что ставит Россию в зависимость от внешнеполитических решений Пекина. Геополитические союзы меняются под давлением обстоятельств, и эта подвижность делает зависимость уязвимой. Технологический обмен пока не стал двусторонним. Сможет ли Москва за следующие тридцать лет выстроить действительно равноправные отношения — вопрос, который пока остается открытым.