Fakir> Если бы люди, ответственные за безопасность космических полётов, рассуждали, как ты - счёт бы на сотни шёл.

Если б они так рассуждали, то может и на Марсе бы давно были. А вот если бы морским делом ведало НАСА и Роскосмос, то сидели бы все на суше, в ужасе убегая от любой мало-мальски заметной волны.

U235>> Ну так тем более это повод провести работу, убрать сопли из проходов
Fakir> ...и сделать работу вообще невозможной.

С чего это работа будет невозможной? Даже если вообще головой не думать, то в МКС 2 полностью независимых системы жизнеобеспечения: в нашей и в американской части станции. Так что запросто можно изолировать два полностью автономных сегмента, чтоб в случае аварии не потерять всю станцию. А если подумать головой получше, то можно изолировать сегмент поменьше в пределах российского сегмента, чтоб даже его полностью не потерять в случае разгерметизации. И не надо будет потом в случае чего героически стыковаться с необитаемой и неуправляемой станцией.

Fakir> Станции не теряются из-за одного отсека. "Мир" крайние лет пять своей жизни лет фактически без минимум одного модуля, потерявшего герметичность.

Так это именно потому что космонавты находились рядом и задраили аварийный отсек. А космонавты на МКС сидели в корабле в готовности к бегству, вместо того чтоб быть в готовности к аварийным работам и герметизации отсеков. Соответственно потеряли бы всю МКС в случае разгерметизации.

Fakir> 1. Космонавты не должны бороться за живучесть в подобной ситуации.

А зачем они вообще тогда на станции? Для красивых фоточек на личных страницах и сайтах НАСА и Роскосмоса? Это их работа, вообще-то, за которую им немалые гонорары платят.

Fakir> Их главная задача - не погибнуть, а не спасать станцию.

За такие деньги - и всего лишь "не погибнуть"? Чем они так ценны, что моряки в моря ходят с главной задачей чтоб корабль в любом случае до порта дошел, а космонавты - всего лишь чтоб "не погибнуть", и гори огнём уникальная и дорогостоящая станция?

Fakir> 2. Регулярная работа на станции и ремонтные, а тем более аварийные работы на станции требуют различной базовой подготовки и специальных тренировок. "Регулярный" экипаж не должен заниматься аварийными работами, если этого можно избежать.

А для чего их учат год или несколько лет, сколько они там готовятся сейчас? Вот это что за тренировки?

Для чего вообще на корабле экипаж если он не может бороться с возможными нештатными ситуациями? Зачем на космической станции вообще хранятся аварийные дыхательные аппараты и огнетушители? Космонавтов УЧАТ бороться с авариями на станции, и от них вполне можно требовать с ними бороться, а не бежать при первом шухере. Вспомним ситуацию с пожаром на МКС, когда кислоро. Никто же не прыгнул в корабль и не убежал с круглыми от ужаса глазами. Наши космонавты схватили огнетушители, респираторы, и потушили загоревшуюся кислородную шашку. Ну разве что американский космонавт сильно напугался. Этот может быть и убежал бы, если б была его воля

Fakir> Кто тебе это сказал, и почему ты ему поверил?

А зачем тогда космонавты в корабле сидели, если бы они не ждали разгерметизации всей станции?

Fakir> Станция не утонет. Её очень сложно потерять. Доказано "Салютом".

Салют не потерял атмосферу. Давление внутри него сохранилось. А космический вакуум внутри станции быстро убьет большинство оборудования и системы жизнеобеспечения, т.к. они на него не расчитаны. С той же изоляцией проводов и прочими деталями из пластика что будет?

Fakir> Это неточный перевод, не дающий понимания контекстов, и совершенно искажающий истинный смысл.

Это вполне себе истинный смысл. Колумб не дошел бы до Америки если б уходил с задачей "чтобы никто на корабле не погиб".

U235>> С такой философией, что чуть что - сразу бежать, вы до Марса никогда не долетите.
Fakir> Дайверы бывают смелые и бывают старые. Смелых старых дайверов - не бывает.
Fakir> То же с альпинистами.

Дайверы и альпинисты занимаются этим исключительно для себя и рискуют тоже только своими жизнями. И не скажу за дайверов, но альпинисты-высотники - все достаточно смелые и отчаянные, и готовые умереть. Просто потому что им никто не может гарантировать выживание там, куда они ходят. Там в горах вмерзшие навечно в лед лежат и неопытные, и опытные, и смелые, и осторожные. Даже такие, как Букреев например. И даже Месснер, который реально осторожный, потерял в горах брата, кучу своих пальцев, и несколько раз остался в живых не потому что он осторожный, а просто потому что повезло. Это всё - фанатики, готовые лучше умереть чем прекратить ходить в горы.

Fakir> Есть такой европейский, австрийский, что ли, альпинист, уникальный мужик, который в одиночку поднялся на все восьмитысячники. В одиночку. Но выходил он гораздо больше раз, чем поднимался на намеченную вершину - потому что ежели в пути чего не так, или начинало пахнуть рисками, он возвращался, пусть даже не дойдя 5%.

Это и есть Месснер. Минус родной брат, минус ещё один напарник после чего он стал ходить один, т.к. не хотел больше переживать гибель тех, с кем ходил в горы, и минус пальцы на ногах и, частично, - на руках. И несколько случаев невероятного везения, что он вообще вернулся оттуда, откуда казалось бы уже не возвращаются.

Fakir> С лётчиками-испытателями всё это справедливо втройне. Для просветления читать Галлая, вкратце центральную идею можно свести к "испытатель - это осторожность, возведенная в принцип."

У летчиков несколько иная ситуация. Они, как правило, летают на серийной технике. От плюс/минус один борт государство как правило критически не обеднеет и часто летчик дороже самолета. Но даже и тут у испытателей ситуация иная: они летают на уникальной несерийной технике, потеря которой может существенно замедлить программу доведения до серии нового самолета. И ещё больше - её замедлит авария с не выясненными до конца причинами. А для этого нужно сохранить самолет. Даже ценой риска для жизни испытателей. Поэтому у них закон простой: испытатель имеет моральное право покинуть машину только если она неуправляема и спасти машину невозможно. Поэтому испытатели борются за машину до последнего. Что-то около 30% испытателей авиационных ОКБ не доживают до пенсии. Никто не катапультируется просто потому что случилась авария и летчику страшно.

Fakir> Долететь до Марса на принципе "слабоумие и отвага" теоретически можно. Но стартов понадобится десятка два минимум. Пропорция дошедщих и погибших будет хуже, чем у первых экспедиций к Южному полюсу.

Если бросать корабль только из-за того что на нем что-то случилось, то да, так и будет. А если отправить нормально спроектированный корабль, с изолированными отсеками, с дублированным и разнесенным по разным отсекам оборудованием, с максимальной ремонтопригодностью всех систем, набором ЗИПа на борту, с экипажем обученным бороться с нештатными ситуациями и чинить корабль, а главное - готовым пожертвовать свои жизни ради успеха миссии. Тогда может и дойдут. Да, потеряют какие-то отсеки и часть экипажа, что-то может даже потом залатают и обратно в строй введут, и может даже кто-то вернется на Землю. Лучше залпом сразу несколько кораблей отправить, в плотном строю, чтоб могли друг другу помочь и при необходимости принять экипаж с окончательно вышедшего из строя корабля на соседний. Посмотрите на экспедицию Колумба. Вот примерно так и должна быть организована экспедиция на Марс. А главное - люди должны быть именно такие, готовые что не все доживут до конца экспедиции, но готовые работать на общую цель.

Fakir> Необратимо и полностью потерять станцию примерно так же легко, как египетскую пирамиду.

Как раз запросто. Читай выше: вакуум внутри уничтожит большую часть находящегося там оборудования, т.к. оно не расчитано на безвоздушную среду.

Fakir> Лётчикам сначала об этом расскажи. Внедри им морской - не знают, дураки, больше века маются.

Так кое где и внедрен. На пассажирских самолетах например, где летчики не имеют парашютов и система их спасения даже не проектируется.

Fakir> А лучше всего - перечитай Галлая. Душеполезно.

А ты почитай как погиб Федотов. Очень познавательно. Целый генерал-майор спасал до конца экспериментальный самолет. И погиб вместе с ним. Хотя мог бы спокойно катапультироваться как возникла аварийная ситуация. Время у него на это было.