Затем там создан комплекс «Око» онкоофтальмологии, он уже создан. И ...

Дата публикации: 12-08-2026 01:19:36

Затем там создан комплекс «Око» онкоофтальмологии, он уже создан. И в это же время будет запускаться уникальный, не имеющий аналогов комплекс «Изотоп» на циклотроне Ц-80, который мы сделали и открывали его вместе с Алексеем Евгеньевичем уже несколько лет назад, сейчас перенесли в другое здание. То есть открывается уникальное место.
Дальше. В Протвино завершается создание единственного, первого в России и одного из 13 в мире комплексов ионной терапии, который будет принимать больных, которые резистивны по отношению к протонам. Это существенно более эффективное средство. И мы будем иметь это впервые в России, один всего лишь из 13 в мире.
Владимир Владимирович, я приглашаю Вас от имени программы во время Конгресса молодых учёных, который, как я понимаю, теперь должен быть в Петербурге, если у Вас получится, посетить Гатчину и запустить 25 станций и медицинский комплекс.
И это всё продемонстрировало нашу возможность самостоятельно создавать сложнейшее оборудование и технологии. И что очень важно? Подводя итог этого, мы сохранили все компетенции, перевели их на качественно новый, современный уровень, привлекли молодёжь.
И что очень важно, я хочу поблагодарить Правительство, восстановили опытное производство и министерство. Мы вложили деньги в опытное производство. У нас два уникальных опытных производства: это огромный завод в Протвино и огромное производство здесь, которое изготавливало СКИФ. Мы вложили деньги, это новые производства. Я прошу не ослаблять поддержку этого. Причём уже в значительной мере было всё иностранное, мы перешли на наши станки. Там китайские есть ещё, но уже очень много наших или белорусских. И очень важно это продолжить. Мы уже восстановили компетенции уникальные. Мы делаем сложнейшие магниты, то, что в мире делается в единичных местах. Это есть результат того, что мы всё делаем сами.
И здесь, заканчивая эту часть, я бы хотел обратить внимание на синхротронный комплекс, технологический накопительный комплекс «Зеленоград», который в советское время был построен для микроэлектроники. Дальше он был, так сказать, заброшен. Этот институт никому был не нужен. Но я должен сказать, что мы фактически его, запустив Курчатовский синхротрон, восстановили, сохранили, и дальше было принято решение его возродить. Я здесь хотел бы обратить внимание.
Первое – с приходом Геннадия Яковлевича в Академию наук радикально изменилась обстановка. По моей инициативе, поддержано Валерием Николаевичем и Андреем Александровичем, Курчатовский перешёл под научное руководство Академии. И я бы всем пожелал такого научного руководства. У нас абсолютно полное, глубинное взаимопонимание, которое позволяет преодолевать, любые абсолютно вопросы решать, что угодно делать. Это ключевой вопрос, результат очень важный.
Вторая очень важная вещь. Мы работаем в тесном контакте: мы наше достигнутое, так сказать, единение с Академией полностью перенесли на взаимоотношения с министерством. И с Валерием Николаевичем, с Антоном Андреевичем – с Минпромом, со многими другими, но в первую очередь с профильными министерствами, с которыми мы взаимодействуем очень тесно, мы живём душа в душу.
Кроме того, я хочу подчеркнуть, это очень важно сегодня: когда мы говорим о консолидации и централизации – активная поддержка всего проекта вице-премьерами, в первую очередь Денисом Валентиновичем и Дмитрием Николаевичем. Это важно, мы это видели и чувствовали на каждом шагу. Всё это происходит, я хочу подчеркнуть, благодаря постоянному вниманию и поддержке Председателя Правительства и, конечно, Андрея Александровича, который над нами надзирает.
Заканчивая эту часть, я хотел бы подчеркнуть, что происходит с ТНК. Мы достигли принципиально нового решения. Мы запускаем комплекс для литографии и будем первые в мире с рентгеновской литографией вместе, напополам с московским правительством. Сергей Семёнович пошел на это, и мы – Валерий Николаевич, Сергей Семёнович и я – подписали тройственное соглашение, Денис Валентинович нас поддержал. В результате это реализуется 50 на 50 федеральным Правительством, и это хороший пример вообще для региональных властей, если они хотят развивать всё это дело.
Вы всё время подчёркиваете, зачем создаются эти машины. Не просто чтобы генерить пучок, конечно, ускорительщикам важно генерить пучок с лучшими в мире параметрами, и больше ничего не надо. Но на самом деле там-то надо создавать технологии. И, следуя Вашим указаниям, у меня здесь папка, я на ушах стоял последнюю неделю, у меня здесь подписанные соглашения с концерном «Калашников», с концерном «Трансмашхолдинг», с «Татнефтью», с Объединённой двигателестроительной корпорацией, с Объединённой авиастроительной корпорацией и с «Роскосмосом».
Что касается «Росатома», то с ним соглашения здесь нет, потому что согласно Вашему последнему поручению у нас с «Росатомом» совет да любовь, как Вы нам сказали, и мы работаем в тесном контакте в соответствии с Вашими указами. То есть у нас сейчас эти договоры типовые, в них написано о том, что эти крупнейшие компании согласны и заинтересованы в использовании синхротронного излучения нейтронов для таких-то целей – раз.
И, второе, они готовы создавать свои центры, как во всём мире, строить свои станции и инвестировать деньги в эти вопросы. Это одна часть. Это, с моей точки зрения, важное решение, достижение.
Я бы хотел сказать, как мы объединили эти компании. Некоторое время назад Вы мне поручили, так сказать, стать главным по приоритетному направлению «новые материалы». И мы объединили это через материалы. Мы создали программу. Было очень просто. Мы взяли двигатель: каждый заказывает двигатели, у каждого двигателя свои материалы. А двигателей десятки разновидностей самых разных и десятки материалов. То есть это приводит к раздуву огромного количества производства материала, затягиванию сроков.
Мы объединили все двигатели: двигатели самолётные, военные, гражданские, двигатели вертолётные, двигатели ракетные – через материал, унифицировав материал. И в этой связи и «Трансмашхолдинг» сюда сейчас подтянулся, потому что у него двигатели тепловозные, ещё другие, корабельные отдельно делает.
Короче, мы объединили эти компании через разработку двигателей, материалов для двигателей, а двигатель делается из материала, который разрабатывается, не может быть разработан и диагностирован без использования мощного рентгеновского излучения. Это есть абсолютный факт.
Моя специальность по диплому Ленинградского университета – физика, рентгенофизика. Рентгеновская физика – это было открытие рентгеновских лучей и открытие дифракции, что позволило увидеть сложное строение окружающего мира, атома. Раньше мы что делали? Мы брали кусок материала, видели свойства. А дальше мы не понимали, как эти свойства связаны. Когда мы увидели атом, мы поняли, что свойства связаны со структурой, вот с таким расположением, и после этого мы создавали технологии. Это позволило нам объединить всех машиностроителей через материал.
И сейчас такую же мы деятельность ведём с биогенетическими и фармкомпаниями, потому что сегодняшняя молекулярная генетика тоже создана рентгеновской физикой. До этого биология была описательной наукой – до тех пор, пока Рентген в середине XX века не увидел двойную спираль, сложное строение молекул, и с этого началась молекулярная биология. То есть её создала рентгеновская физика.
Сегодня нет ни одного лекарства в мире, которое могло бы быть сделано без изучения сначала структуры молекул на синхротронном излучении. И если мы хотим делать не дженерики, а новые лекарства и новые молекулы, это является неотъемлемой, важной частью нового фармацевтического пейзажа.
Теперь есть ещё одна важная вещь. Чтобы закончить с биоэкономикой, я хочу сказать, что с фармой… Ведь есть биоэкономика – национальный проект запущен Вами, где Курчатовский институт определён главным. Правительство создало консорциум, где мы объединили полтора десятка крупнейших институтов в этой зоне.
И мы вместе с ними и с фармкомпаниями сейчас формируем аналогичную картину, пейзаж для использования вот этих уникальных установок для медицины, фармацевтики, широкого круга генетических исследований.
Было Ваше поручение о создании вообще международного сотрудничества, международных центров на базе вот этих источников. Поручение было создано такое: на базе нейтронного реактора ПИК создать международный центр нейтронных исследований. Он был создан. Затем мы его расширили, введя туда все мегаустановки, которые у нас работают, и создаются, включая СКИФ. Мы недавно подписали со СКИФ. Теперь там все установки.
Хочу Вам доложить, что у нас в этой международной организации сегодня присутствуют официально Республика Беларусь, Исламская Республика Иран, Республика Узбекистан и Китай. Что самое интересное, Китай последний год вёл себя… Я бы сказал, это было сложно. На нас смотрели, как на младших братьев, а сегодня у нас подряд уже три просьбы от разных китайских организаций о вступлении в эту ассоциацию. Одна из них уже принята – это Академия наук. На подходе обсуждается Казахстан, Таджикистан, Бразилия, Индонезия – это осуществляется через Морскую коллегию. Активно ведём эту работу.
Эта инфраструктура – основа для развития Стратегии научно-технологического развития. Мы подготовили инициативно с Академией наук Стратегию научно-технологического развития сначала Союзного государства, которую Вы с Лукашенко утвердили, а потом мы её подняли на следующий шаг, и сейчас утверждена Стратегия научно-технологического развития стран СНГ. Фактически это позволяет нам перейти к формированию единого научно-технологического пространства с этими дружественными странами. Сейчас мы это обсуждаем в рамках БРИКС, ШОС. В общем, это двигается и это эффективно работает.
Чтобы это укрепить, мы открыли филиал Курчатовского института по согласованию с Геннадием Яковлевичем, вместе двигаемся полностью, и с Валерием Николаевичем. Мы открыли филиал в Минске на базе института физики, и сейчас открывается филиал, практически всё решено, по договорённости с руководством Узбекистана на базе Института ядерной физики, который был создан по инициативе Курчатова и Александрова, филиал Курчатовского института. Сейчас мы это обсуждаем ещё с целым рядом стран.
Теперь я двигаюсь к концу. Андрей Александрович мне ещё не делает отчаянных знаков, у меня телефон погас, я не вижу…
А.А.Фурсенко: Делает.
М.В.Ковальчук: Я заканчиваю. Я скажу две вещи, если Вы позволите.
Говоря об этой международной организации, я бы попросил, у меня вторая просьба кроме приглашения. Эта организация у нас создана нашим решением, некоммерческое партнёрство. Я считал бы, поскольку она состоялась, поднять статус этого международного центра, как это всюду делается, Вашим решением, например, либо указом, либо межправсоглашением. Это было бы очень важно, стало бы привлекательным и статусным. Потому что так, я бы сказал, это наша инициативная деятельность, а так это будет уже государственная вещь, это совсем другой уровень.
Теперь биологию я пропущу, потому что я буду долго говорить, я хотел сказать про геном. Там очень сложная вещь насчёт базы генетических исследований. Дело заключается в том… Я одно слово скажу. Можно? Ладно.
Одно слово скажу, оно важное.
В.В.Путин: Ка-ра-ул! (Смех в зале.)
М.В.Ковальчук: Вот я «караул» прокричу, скажу, что надо дополнить базой белковой. Потому что – что получается? Вы же структуру белка для лекарства расшифровываете, вы автоматически его помещаете в Международную базу PDB, Protein Data Bank. Так вот нам надо сейчас дополнить, надо решить, нашу базу генетической информации дополнить собственной национальной базой белков вот этих. И тогда автоматически мы будем иметь всё полностью, полную независимость и так далее.
И ещё одна важная вещь. Вот это всё генерится, огромное количество данных генетических и данных структурных на синхротроне. Фактически дальше без обработки этих данных, хранения и передачи ничего не работает.
И отдельный вопрос – вот эти вещи. Сегодня в Курчатовском институте находится вся национальная исследовательская компьютерная сеть – 20 тысяч километров, десятки, более 50 регионов и сотни организаций, которые сюда входят.
Мы подписали соглашение с Дмитрием Николаевичем вместе с Дубной, и теперь все сети находятся у нас централизованно в одном управлении, и сделаем это вместе с Геннадием Яковлевичем. Мы просим Вас поддержать, эти сети надо расширить. Это сеть НИКС, и ещё мы с «Иннопрактикой» запустили в этом году первую компьютерную сеть МУКС, Межуниверситетская компьютерная сеть, передачи квантовых ключей, которая прекрасно работает. Мы написали с Геннадием Яковлевичем письмо, я не буду у него отбирать хлеб, он об этом расскажет подробно.
Заканчивая, я хотел сказать одну последнюю вещь, что, собственно говоря, Вы сказали в заключение Вашего доклада. Если мы хотим, чтобы это всё работало, мы должны жёстко собрать всё вместе и связать крепкими узами. Должна быть полная консолидация, должна быть единая научная программа, которая должна быть согласована со Стратегией научно-технологического развития, единый план развития мегаинфраструктуры в стране – развития, эксплуатации и модернизации, траектории для подготовки кадров, взаимодополняющие возможности каждого центра для пользователей, «единое окно» входа для дружественных стран. Это очень важно, потому что мы видим: здесь не вышло, давай пойдём туда, там просочимся.
Кроме этого отдельно «единое окно» для поддержки исследований в интересах промышленных предприятий и общей базы, мы с Геннадием Яковлевичем только что обсуждали, и мощности для хранения и обработки полученных данных. Такую связь необходимо закрепить на государственном уровне. Например, в Германии существует общество Гельмгольца, которое объединяет все эти вещи.
Последняя фраза. Я хочу Вас процитировать, Вы, когда была реформа в 2013 году, сказали: берегите научное наследство Советского Союза. То, что было сделано в Советском Союзе для науки, не было сделано никогда и никогда уже не будет.
Я хочу сказать, что благодаря Вашим поручениям мы спасли всю базу исследований. Благодаря СКИФу мы спасли Институт ядерной физики, благодаря ПИКу мы спасли Гатчину, благодаря «Силе» и медицинской мы спасли Протвино, NICA спасла Дубну.
Кроме того, спасена генетика и приматы – это ещё одна важнейшая коллекция. На будущий год будет 100 лет первому в мире питомнику приматов, который сегодня один из лучших.
А в Протвино существует уникальный тоннель, 21 километр, набитый оборудованием с кабелем от Калининской атомной станции. Там строился наш центр, который был заморожен. Он был заморожен, но сохранён. Есть просьба: дать поручение – принципиально устно Вы сказали, что Вы не возражаете – о начале работ по возрождению этого проекта, и тогда это обеспечит нам уникальную базу физических исследований и вернёт нам полностью лидирующие позиции в мире по всем статьям.
Спасибо большое.
В.В.Путин: Геннадий Яковлевич, прошу.

Схожие новости

#	Наименование новости	Тональность	Информативность	Дата публикации
1	В.В.Путин: Пятое – решение задач, о которых только что было ...	0	5.78	12-08-2026
2	На Форуме будущих технологий «Росатом» представил Президенту РФ свои новейшие разработки	0	6.89	24-02-2026
3	Путин призвал ускорить разработку технологий будущего в России	0	6.53	11-08-2026
4	«Росатом» принял участие в Форуме будущих технологий	0	7.04	25-02-2026
5	Путин заявил о необходимости концентрации усилий для научных прорывов	0	8.16	11-08-2026
6	Путин заявил о создании сети крупных научных центров в России	0	5.25	11-08-2026
7	Глава «Росатома» принял участие в открытии Звенигородской конференции по физике плазмы	0	6.37	15-03-2026
8	Иногда кажется, что будущее — это что-то далёкое: где-то там, через десятилетия, ...	0	8.11	24-07-2026
9	Курс на независимость: в России за месяц открылось 15 новых ...	7	8	16-07-2026

Классификация: . Схожих патентов: 0. Схожих новостей: 9. Тональность: 1. Информативность: 5.26. Источник: vk.com.