Сигарный интернет-журнал продолжает публикацию повести Милы Тумаркиной «Неизвестная из Сены». Читайте ранее опубликованный Пролог и Первую часть этого литературного произведения.

Мила Тумаркина
НЕИЗВЕСТНАЯ ИЗ СЕНЫ (Маленькая повесть)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ИНТЕРВЬЮ С ТЕМИ, КТО ЕЁ ВЫЛОВИЛ

Наша газета разыскала непосредственных участников тех событий и попросила их рассказать о том утре, когда Сена вернула им тело девушки.

Месье Эжен Делакур, бармен с набережной Вольтер

— Месье Делакур, вы нашли тело. Расскажите, как это было.

— Я открывал свою таверну в шесть утра. Зимой темно, туман висит над водой, как молоко. Я вышел на набережную — у меня там причал для лодок, я иногда рыбу продаю. И вижу: что-то белеет у свай моста Нёф. Подхожу ближе — платье, женское, серое, раздулось пузырём на воде. Я подумал: «Манекен, наверное, выбросили». Но когда подплыл на лодке, увидел лицо. Она лежала на спине, руки раскинуты, как Христос на кресте. Волосы мокрые, но лицо… лицо было спокойным. Я чуть с лодки не свалился. У меня руки затряслись.

— Вы сразу поняли, что она мертва?

— Да, конечно. Холодная, не дышит. Но знаете, я видел утопленников раньше. Они всегда страшные — глаза выпучены, рот открыт, будто они кричат. А эта — улыбалась. Я не мог отвести взгляд. Я её не боялся. Я боялся, что она откроет глаза.

— Вы позвали полицию?

— Я привязал лодку, сбегал в участок. Они приехали через полчаса. Комиссар Морен сказал: «Вы уверены, что она не дышит?» Я говорю: «Я не врач, но у неё грудь не поднималась, а на улице минус два». Тогда они забрали её.

— Вы когда-нибудь вспоминали её потом?

— Каждый день. Я смотрю на Сену и вижу это лицо. Она улыбалась так, будто ей было хорошо. Будто вода — это не смерть, а спасение. Я не знаю, кто она, но я прошу за неё Бога. Если есть Бог, он забрал её легко.

Комиссар Франсуа Морен

— Месье комиссар, вы проводили расследование. Есть ли у вас версии?

— Официальная версия — несчастный случай или самоубийство. Мы не нашли следов борьбы, ни синяков, ни ссадин, кроме удара о сваю. Возможно, она прыгнула с моста. Но почему она улыбалась? Это не укладывается в голове.

— Вы пытались найти её родных?

— Мы обошли все мастерские на острове Сите и в квартале Сен-Жермен. Спрашивали про девушек с мозолями от гипса. Нашли нескольких, но они живы. Ростовщик Гобер — тёмная личность, но мы не могли его прижать. Он сказал, что не знает её. У нас не было улик.

— Что вы чувствовали, когда смотрели на маску?

— Я не художник, я полицейский. Я привык к трупам. Но эта маска… она как зеркало. Смотришь на неё и думаешь: «А что я сделал, чтобы улыбаться так же?» Я ничего не сделал. А она сделала. Не знаю, что, но сделала.

— Ваше мнение: она хотела умереть?

— Нет. Она хотела не жить по-старому. Это разные вещи. Она выбрала смерть, но не из-за слабости. Из-за силы. Так улыбаются те, кто принял решение.

Доктор Анри Буше, судебный врач

— Доктор, вы видели тысячи тел. Почему эта девушка так вас поразила?

— Я до сих пор не могу объяснить. Медицина — наука. Я знаю, что при утоплении происходит спазм гортани, наступает паника, затем потеря сознания. Но лицо всегда искажено страхом. А здесь — абсолютный покой. Я проверил её зрачки, мышцы, даже снял показатели кожной реакции. Ничего аномального. Просто она не боялась.

— Вы верите, что она не чувствовала боли?

— Удар о сваю мог вызвать потерю сознания. Если она ударилась затылком, то могла упасть в воду уже без сознания. Тогда она не тонула — она захлебнулась, не просыпаясь. Это объясняет улыбку. Она не знала, что умирает. Она просто заснула.

— Но почему она улыбалась именно так?

— Может быть, она видела сон. Последний сон. О чём-то хорошем. Мы не знаем, о чём она думала перед прыжком. Но она улыбнулась своему сну. И мы сохранили эту улыбку.

Продолжение следует…

Мила Тумаркина
Специально для АВТОРСКОГО БЛОГА на CIGARTIME ©

БУДЬТЕ ПЕРВЫМИ! ВСЕ АНОНСЫ ПУБЛИКАЦИЙ — НА НАШЕМ TELEGRAM КАНАЛЕ