По словам директора департамента внешнеполитического планирования МИД Алексея Дробинина, в условиях реальной многополярности постановка вопроса о военном контроле отдаленных территорий, не говоря уже о силовых вторжениях в интересах сдерживания других центров силы, вызывает "активное неприятие и противодействие"