Чем больше репрессий и блокировок, тем чаще звучат мнения, что Россия превращается в Северную Корею. Это, понятное дело, скорее эмоции, нежели объективные оценки. Но правда ли, нам грозит «северокорейский сценарий»? И если да, то что это означает в реальности? На чем вообще строит свою внешнюю политику страна, с которой, хоть порой и называют ее «изгоем», считаются? На ядерной бомбе, конечно, но ведь не только… Об этом «Новая» беседует с историком, специалистом по Северной Корее, лектором университета Корё (Сеул) Федором Тертицким. Ким Чен Ын. Фото: Екатерина Штукина / POOL / ТАСС. Федор Тертицкий. Фото: Википедия. Ядерные сигналы Ким Чен Ына— На ваш взгляд, КНДР сегодня представляет реальную опасность — для Корейского полуострова, для Дальнего Востока России? Хотя бы на фоне постоянных запусков баллистических ракет и разговоров о том, что КНДР — это ядерная держава.— КНДР действительно ядерная держава. Они вышли из договора о нераспространении ядерного оружия, сделали атомную бомбу, с большой вероятностью, и водородную. У них действительно есть баллистические ракеты. Вопрос заключается в том, есть ли у них реальные планы по экспансии. Точнее, правильно сказать не «у них», а «у него» — у Ким Чен Ына, поскольку всё решает один человек. Пока кажется, что таких планов у него нет. Наоборот, он пытается всячески отмежеваться от Южной Кореи и перекрыть каналы культурного влияния Юга на Север.На данный момент я не вижу никаких свидетельств того, что они готовятся именно к агрессивной войне. А ракетно-ядерная программа существует в первую очередь для того, чтобы предотвратить возможное нападение со стороны Соединенных Штатов. Причем делается это, скажем так, с северокорейской ментальностью. Идея состоит в том, что нужно послать сигнал американскому президенту: „ «Если ты начнешь войну, мы убьем лично тебя». И поэтому, судя по всему, конечная цель их ракетно-ядерной программы — в случае чего иметь возможность бросить бомбу на Вашингтон и убить американского президента. Чтобы страх физической смерти не дал этому президенту напасть на КНДР. Потому что, собственно, к такой оборонительной позиции: «защитим социализм», «защитим нашу систему», «защитим наш режим» — они пришли после того, как в начале 90-х рухнул социализм в Советском Союзе и в Восточной Европе. Потом они увидели военные операции в Афганистане, в Ираке. И это всё произвело сильное впечатление на «начальство», которому очень не хочется на виселицу. Фото: ZUMAPRESS.com. — Но палка-то о двух концах. Американскому президенту не все ли равно, что там ему за сигналы Ким Чен Ын подает? Ну возьмем того же Трампа.— Если помните, во время своего первого срока Трамп какое-то время пытался с северокорейцами поиграть в дипломатию, и это ни к чему не привело, потому что у них совершенно несовместимые позиции. У КНДР: «Мы никогда не сдадим ядерное оружие», а у США: «Вы должны сдать всё ядерное оружие». И компромисс здесь найти невозможно.Военная операция против них рассматривалась где-то в 1993–1994 году администрацией Клинтона, когда у КНДР еще не было атомной бомбы, в стране только начиналась работа по ее созданию. В Белом доме тогда была в ходу идея разбомбить их ядерную программу. Это, я так понимаю, тоже в Пхеньяне помнят. Но на самом деле Северной Корее хватило бы и конвенционального оружия: у них же есть просто артиллерия, которая стоит рядом с южнокорейской столицей — Сеул расположен очень близко к границе, и до него можно достать обычной артиллерией. — Россия сначала утверждала, что Северная Корея должна избавиться от ядерного оружия. Теперь мы уже за их ядерную программу. Лавров недавно заявил, что мы не будем присоединяться к призывам к денуклеаризации Северной Кореи. Наша позиция на что-то влияет? И нет ли такой истории, что с окончанием СВО закончится и наша дружба, и мы опять будем призывать Северную Корею положить свое ядерное оружие на полку?— Запросто. Допустим, на смену Владимиру Путину придет менее агрессивный лидер, который будет выстраивать отношения с Западом. Тогда надо будет выходить на какие-то более понятные Западу позиции и призывать КНДР сдать ядерное оружие. Только разницы никакой нет, что Россия будет говорить. „ Северная Корея никого не станет слушать, они даже китайцев не слушают. Вождь понимает, что пока у него есть ядерная бомба, с ним говорят серьезно. А без ядерной бомбы с ним никто не будет говорить серьезно. С какой стати ее сдавать? Ядерное оружие сдала только одна страна. И только тогда, когда в ней случилась полная смена режима — это ЮАР после крушения апартеида. Разве Пакистан сдаст ядерное оружие? А Израиль?Стравить Москву и Пекин— Наша с северными корейцами дружба вообще держится на чем-то, кроме текущего, скажем так, «своеобразного» положения России на международной арене? Это такая ситуативная дружба с тем, кто остался? Или у нас действительно есть какие-то реальные предпосылки к развитию отношений?— Наша дружба — это немножко условное понятие. Если смотреть на отношения, скажем так, простых людей — северокорейцы просто помнят экономическую помощь России и Советского Союза. Причем и в той степени, в которой они ее получали в реальности, и в той, что была описана в прессе. Что же касается политики: у Владимира Путина есть большой проект «Украина» И всё, что идет в топку этого проекта, им горячо приветствуется.Все началось с того, что [России] были очень нужны артиллерийские снаряды. Помните, во время битвы за Бахмут очень активно применялась артиллерия, вообще был такой период. А поскольку Корейская народная армия и Вооруженные силы России родом из Советской армии, у них совместимы калибры. И, соответственно, пазл очень красиво сложился.Сейчас в боевых действиях, как вы знаете, фокус сместился с артиллерии на дроны. Снаряды нужны меньше, а дронов в Северной Корее пока еще не производят в таких количествах. Но зато страна может поделиться солдатами. А ведь человеческой силой не делился никто, включая суперближайших союзников. Я даже не Лукашенко имею в виду, а Абхазию и Южную Осетию. Даже они не посылали своих солдат на фронт, а Северная Корея посылала. Поэтому понятно, что Путин благодарен. Он очень эмоционально вовлечен в боевые действия и во всё, что с ними связано. 19 июня 2024 года. Пхеньян. Владимир Путин и лидер КНДР Ким Чен Ын. Фото: Владимир Смирнов / POOL / ТАСС. — И ведь никто не верил, что Ким Чен Ын на самом деле пошлет своих солдат в помощь Путину. А он это сделал. О чем это говорит? Мы прямо настолько нужны Северной Корее?— Да, я тоже в это не верил, в 2022 году мне это казалось немыслимым. Но, получается, да — нужны. И Ким Чен Ын здесь готов рискнуть. Для него это очень важная геополитическая игра такая. Дело в том, что Северная Корея очень зависит от Китая, более 90% торговли у них шло с Китайской Народной Республикой до февраля 22-го. И им всегда хотелось какую-нибудь вторую страну. „ Ведь вся их доктрина внешней политики строится на том, что должно быть несколько спонсоров, на противоречиях между которыми можно играть. Они пытались такое провернуть с Сеулом — не получилось. Получилось с Москвой. Так что сейчас Северная Корея, с одной стороны, очень пытается наладить отношения с Россией, а с другой стороны — по возможности, еще сделать так, чтобы были какие-то трения между Москвой и Пекином, чтобы на этих трениях можно было играть.— А как она пытается это сделать? Что в отношениях России и Китая зависит от КНДР?— Обратите внимание: северокорейцы пытаются наладить сотрудничество абсолютно по всем фронтам и громко о них писать. Позвать российских туристов, наладить какие-то небольшие обмены, провести месячники российской культуры, выставки-ярмарки своей продукции. Сказать: вот, смотрите, как партнерство идет — видимо, чтобы потом, если отпадет нужда в сотрудничестве по военной части, сказать: мол, ребята, мы же «хорошо сидим», давайте продолжать.При этом ничего из этого напрямую не делается так, чтобы позлить китайцев, но постоянно виден какой-то легкий подтекст. Условно: позвали российских туристов, а китайских пока не пускаем. Или построили мост через пограничную реку — но настолько низким, что он перекрывает Китаю выход в Японское море. Ну такие мелкие штуки, про которые, конечно, не подумали. Для них золотым временем был советско-китайский раскол, когда Брежнев и Мао ругались, и Ким Ир Сен (дедушка нынешнего вождя) «доил» и Леонида Ильича, и Мао Цзэдуна.Мост сомнительной дружбы— Про новый автомобильный мост между РФ и КНДР через реку Туманную (Туманган) как раз и хотела спросить. Его специально таким низким построили? Вдруг это такой… простым языком говоря, «косяк»?— Естественно, я свечку не держал, но очень удивлюсь, если никто об этом не подумал. Подозреваю, что да, специально. В общем и целом, это укладывается в стиль северокорейской дипломатии. И причем китайцы, насколько я слышал, некоторые свои претензии высказывали, но в таком формате: мол, в будущем, если будет принято политическое решение, вы же его, конечно, перестроите, чтобы и наши суда могли ходить? И с таким посылом, в случае чего, Китай как сильная страна сможет добиться своего. Новый автомобильный мост между РФ и КНДР через реку Туманную. Фото: mintrans.gov.ru. — А насколько этот трансграничный переход в виде моста через реку Туманную реально нужен? СВО закончится, и может вполне оказаться, что и друзья у нас новые, и торговать-то нам нечем, и знаменитые курорты северокорейского края не так уж манят…— Я думаю, ничем мы торговать не будем. Торговли же особой не было, пока не наступил 2022-й. И потом не появится. Особых экономических интересов нет. Единственное, наверное, — это потребность Дальнего Востока, где население небольшое, в северокорейских рабочих, которые хорошо трудятся за небольшую зарплату. Соответственно, для самих северокорейских рабочих это большой плюс, потому что даже после вычета налогов у них остается гораздо больше денег, чем они могут заработать на родине. Кроме того, пока никаких проектов, приносящих реальную пользу обеим сторонам, я не вижу.— Добавлю, что северокорейские рабочие без проблем могут доехать до Приморья поездом или долететь самолетом. Для этого вообще не нужно строить новый автомобильный мост. И второе — Российская Федерация присоединилась к пакету санкций Совбеза ООН, и северокорейских рабочих наша страна официально не привлекает. Да и неофициально — строительные компании Приморья очень хотят привезти северокорейских рабочих, они очень ценятся, но увы. Понятно, что они есть, приезжают, оформляются нелегально (по студенческим визам, например) — но на стройках их действительно существенно не хватает. Как считаете, может ли РФ в одностороннем порядке отказаться от наложенных ранее на КНДР санкций хотя бы в рамках благодарности Ким Чен Ыну за солдат?— Соглашусь с тем, что автомобильный мост совершенно не нужен для перевозки в Россию рабочих. Которые сейчас действительно в каком-то фейковом визовом статусе. Рискну предположить, что такая политика связана с тем, что санкции введены не кем иным, как Советом Безопасности ООН. А Путин очень любит Совет Безопасности ООН, постоянно говорит, что этот орган должен быть основным международным арбитром. И напрямую манкировать решением Совбеза ему как-то не с руки. Что будет дальше — решать будет именно президент. Не думаю, что даже Лавров может напрямую отдать такое распоряжение без согласования. Но если так случится, то больше северокорейских работяг заработают себе на хлеб. Я в этом ничего плохого не вижу. „ Санкции вводились для того, чтобы остановить ракетно-ядерную программу. Понятно, что эту программу никакие санкции не остановят и вообще там ничего не будет без смены режима. А смены режима, по крайней мере, пока, не предвидится. — Сейчас шутка такая ходит: Ким Чен Ын смотрит, что сейчас вообще в мире происходит (на Ближнем Востоке, в Украине и так далее), проливает скупую слезу и переживает: «А как же я? Обо мне все забыли?» Как будто раньше КНДР в международной повестке звучала гораздо ярче, а сейчас уже просто всем не до них.— Отчасти, конечно, так и есть. В том числе потому, что (единственное, чего удалось добиться, в первую очередь китайцам) КНДР, если вы заметили, больше не взрывает ядерные бомбы. А вот все шесть подземных ядерных испытаний с 2006 по 2017 год производили очень большие афтершоки в прессе. Плюс к тому — пока, по всей видимости, КНДР относительно довольна ситуацией и не очень рассчитывает на то, что очередная акция даст им какие-то бенефиты.Раньше же всё это устраивали не просто потому, что хотелось «побузить», а потому, что хотелось за это получить откат. Запускаешь, скажем, ракету — СМИ сразу кричат: «Корейский полуостров на грани войны!» В Южной Корее индексы ползут вниз. Ты звонишь в Сеул и говоришь: хочу то-то и то-то. Тебе дают отступные, и всё хорошо. Да, сейчас они действительно стали потише. Тем более — столько ужасов в последнее время: пандемия коронавируса, о которой уже почти забыли, военные действия на Ближнем Востоке, в Украине, в Судане продолжается гражданская война… Фото: AP / TASS. Зачем реформы, есть же спонсоры— Знаменитая северокорейская зона свободной экономической торговли «Расон», в которую вообще-то и Российская Федерация в свое время вкладывалась, — как она функционирует? Есть ли перспективы ее развития? Может, мы снова будем через северокорейский порт Раджин свой, например, уголь переваливать?— Точно сказать не могу — Северная Корея сейчас еще более закрытая страна, нежели была. На порядки снизилось число людей, бежавших оттуда, — а они являлись главным источником информации. Но я могу сказать, что в прошлом году был в Китае, как раз в тех краях, что рядом с зоной «Расон», поинтересовался, как со связями с Северной Кореей? И мне сказали: связи все после начала пандемии (то есть с 2020 года) оборваны. „ Ничего нет, ни торговли, ни людей. Я подозреваю, что «Расон» с его знаменитым казино несколько захирел. Но кто знает, что именно там происходит? Опять-таки говорю: сведений очень и очень мало. — Люди бежать стали меньше из Северной Кореи потому, что лучше жить стало? Или, условно говоря, пограничников больше поставили?— Гайки закрутили. Вначале Китай закрылся от коронавируса — а бежал народ в основном туда. Стало плохо. За это время они построили стену из колючей проволоки по всей китайской границе. Плюс Ким Чен Ын, в отличие от своего папы Ким Чен Ира, очень строго следит за тем, чтобы сбежать было сложно и в случае чего тебя застрелили на границе. Он всячески предпринимает усилия, чтобы снизить процент бежавших. Причем эту инструкцию он отдал чуть ли не в первые несколько дней после прихода к власти, еще в декабре 2011 года. И пандемия ему, конечно, очень помогла. — А жизнь-то вообще в Северной Корее лучше становится?— Когда как… Первые несколько лет правления Ким Чен Ына экономика росла. Примерно с 2015 года реформы остановились, а потом были частично повернуты вспять. Насколько я знаю, в районе 2023–2024 года им пришла экономическая помощь из России. Коллеги, которые следят за ценами на северокорейских рынках, говорили, что это повлияло. Но в целом никто не хочет проводить там нормальных рыночных реформ, которые уже провели все остальные четыре страны социализма: Куба, Китай, Вьетнам, Лаос. И по-прежнему в КНДР довлеет идея о том, что незачем что-то реформировать, когда можно найти большую страну, которая будет тебе давать много помощи. Сейчас это Китай и Россия — в меру того, насколько северокорейские дипломаты умеют их доить. А умеют они это очень хорошо.Тоталитарная страна с огромным потенциалом— Есть мнение, особенно оно популярно в либеральных кругах, что Российская Федерация в последнее время движется в сторону Северной Кореи в части гражданских и цифровых свобод, обособленности от внешнего мира, свободы слова и т.п. На ваш взгляд, так ли это? И если да, то что это означает? Чего нам в реальности ждать? Вон, говорят, даже интернет в КНДР есть — может, не так уж всё плохо?— Давайте начнем со второй части. Интернета в КНДР нет, там есть интранет. Своя внутренняя сеть — вроде очень большой локалки для всей страны. Для выхода в интернет либо человеку нужно прямое разрешение вождя, либо есть, например, в каких-то ведущих институтах один компьютер, подключенный к интернету. И ты сидишь и скачиваешь все статьи по биологии, а с тобой рядом — физически — садится сотрудник и записывает в блокнот адреса всех сайтов, куда ты заходишь, глядя в твой монитор. Чтобы получить или послать e-mail за границу, как мне рассказывали китайцы, у которых есть связи с КНДР, согласование занимает несколько месяцев.Иногда люди считают, что Северная Корея — это такая еще одна авторитарная страна, а Ким Чен Ын — это что-то вроде Путина, Лукашенко, Си Цзиньпина или Хаменеи. На самом деле, он фундаментально гораздо более авторитарный, чем все они. Это не диктатура, а что-то еще хуже — можно назвать это тоталитаризмом. 26 апреля 2026 года. Открытие Музея боевых подвигов героев зарубежной военной операции в Пхеньяне. Фото: пресс-служба Госдумы РФ / ТАСС. Движется ли туда Россия? У меня есть ощущение, что, когда люди говорят, будто «Россия движется в сторону Северной Кореи», это не сильно отличается от фраз о том, что «Россия движется в сторону «1984» Оруэлла. Становится меньше свобод, всё становится хуже, Путин закручивает гайки и так далее. И пусть я не специалист по России, но рискну предположить следующее. Путин — большой поклонник философа Ивана Ильина, у которого была целая теория. Что был радикальный фашизм, как у Гитлера или хорватских усташей, и умеренный фашизм, как у Муссолини, Франко и Салазара. Так что я бы скорее на Италию смотрел, чем на Северную Корею.Но вот это уже моя спекуляция, личное мнение.— На ваш взгляд, у Северной Кореи есть какие-то перспективы к большей открытости и к тому, чтобы по уровню гражданских свобод стать хотя бы как Китай?— Если там сменится руководство. Пока этого не случится, я, честно говоря, ни во что такое не верю. А вот если, допустим, у Ким Чен Ына будут проблемы с сердцем, как в 2020 году, и он скоропостижно скончается, а на смену ему придет кто-то, желательно не из семьи (чтобы легитимность строить не на семье, а на чем-то еще) и немножко более адекватный, — почему бы и нет? Потенциал у страны просто огромен! Там же очень высокий уровень грамотности, образования. Несмотря на уровень жизни, у них сейчас 16% людей имеют университетское образование, в стране почти поголовная грамотность. Более-менее полный охват базовой медициной. В принципе, при адекватном руководстве Северная Корея может совершить рывок вперед. Другой вопрос, как добиться того, чтобы там было адекватное руководство?
Чем больше репрессий и блокировок, тем чаще звучат мнения, что Россия превращается в Северную Корею. Это, понятное дело, скорее эмоции, нежели объективные оценки. Но правда ли, нам грозит «северокорейский сценарий»? И если да, то что это означает в реальности? На чем вообще строит свою внешнюю политику страна, с которой, хоть порой и называют ее «изгоем», считаются? На ядерной бомбе, конечно, но ведь не только… Об этом «Новая» беседует с историком, специалистом по Северной Корее, лектором университета Корё (Сеул) Федором Тертицким.

Федор Тертицкий. Фото: Википедия
— На ваш взгляд, КНДР сегодня представляет реальную опасность — для Корейского полуострова, для Дальнего Востока России? Хотя бы на фоне постоянных запусков баллистических ракет и разговоров о том, что КНДР — это ядерная держава.
— КНДР действительно ядерная держава. Они вышли из договора о нераспространении ядерного оружия, сделали атомную бомбу, с большой вероятностью, и водородную. У них действительно есть баллистические ракеты. Вопрос заключается в том, есть ли у них реальные планы по экспансии. Точнее, правильно сказать не «у них», а «у него» — у Ким Чен Ына, поскольку всё решает один человек. Пока кажется, что таких планов у него нет. Наоборот, он пытается всячески отмежеваться от Южной Кореи и перекрыть каналы культурного влияния Юга на Север.
На данный момент я не вижу никаких свидетельств того, что они готовятся именно к агрессивной войне. А ракетно-ядерная программа существует в первую очередь для того, чтобы предотвратить возможное нападение со стороны Соединенных Штатов. Причем делается это, скажем так, с северокорейской ментальностью. Идея состоит в том, что нужно послать сигнал американскому президенту:
«Если ты начнешь войну, мы убьем лично тебя». И поэтому, судя по всему, конечная цель их ракетно-ядерной программы — в случае чего иметь возможность бросить бомбу на Вашингтон и убить американского президента. Чтобы страх физической смерти не дал этому президенту напасть на КНДР.
Потому что, собственно, к такой оборонительной позиции: «защитим социализм», «защитим нашу систему», «защитим наш режим» — они пришли после того, как в начале 90-х рухнул социализм в Советском Союзе и в Восточной Европе. Потом они увидели военные операции в Афганистане, в Ираке. И это всё произвело сильное впечатление на «начальство», которому очень не хочется на виселицу.

Фото: ZUMAPRESS.com
— Но палка-то о двух концах. Американскому президенту не все ли равно, что там ему за сигналы Ким Чен Ын подает? Ну возьмем того же Трампа.
— Если помните, во время своего первого срока Трамп какое-то время пытался с северокорейцами поиграть в дипломатию, и это ни к чему не привело, потому что у них совершенно несовместимые позиции. У КНДР: «Мы никогда не сдадим ядерное оружие», а у США: «Вы должны сдать всё ядерное оружие». И компромисс здесь найти невозможно.
Военная операция против них рассматривалась где-то в 1993–1994 году администрацией Клинтона, когда у КНДР еще не было атомной бомбы, в стране только начиналась работа по ее созданию. В Белом доме тогда была в ходу идея разбомбить их ядерную программу. Это, я так понимаю, тоже в Пхеньяне помнят. Но на самом деле Северной Корее хватило бы и конвенционального оружия: у них же есть просто артиллерия, которая стоит рядом с южнокорейской столицей — Сеул расположен очень близко к границе, и до него можно достать обычной артиллерией.
— Россия сначала утверждала, что Северная Корея должна избавиться от ядерного оружия. Теперь мы уже за их ядерную программу. Лавров недавно заявил, что мы не будем присоединяться к призывам к денуклеаризации Северной Кореи. Наша позиция на что-то влияет? И нет ли такой истории, что с окончанием СВО закончится и наша дружба, и мы опять будем призывать Северную Корею положить свое ядерное оружие на полку?
— Запросто. Допустим, на смену Владимиру Путину придет менее агрессивный лидер, который будет выстраивать отношения с Западом. Тогда надо будет выходить на какие-то более понятные Западу позиции и призывать КНДР сдать ядерное оружие. Только разницы никакой нет, что Россия будет говорить.
Северная Корея никого не станет слушать, они даже китайцев не слушают. Вождь понимает, что пока у него есть ядерная бомба, с ним говорят серьезно. А без ядерной бомбы с ним никто не будет говорить серьезно. С какой стати ее сдавать?
Ядерное оружие сдала только одна страна. И только тогда, когда в ней случилась полная смена режима — это ЮАР после крушения апартеида. Разве Пакистан сдаст ядерное оружие? А Израиль?
Стравить Москву и Пекин— Наша с северными корейцами дружба вообще держится на чем-то, кроме текущего, скажем так, «своеобразного» положения России на международной арене? Это такая ситуативная дружба с тем, кто остался? Или у нас действительно есть какие-то реальные предпосылки к развитию отношений?
— Наша дружба — это немножко условное понятие. Если смотреть на отношения, скажем так, простых людей — северокорейцы просто помнят экономическую помощь России и Советского Союза. Причем и в той степени, в которой они ее получали в реальности, и в той, что была описана в прессе. Что же касается политики: у Владимира Путина есть большой проект «Украина» И всё, что идет в топку этого проекта, им горячо приветствуется.
Все началось с того, что [России] были очень нужны артиллерийские снаряды. Помните, во время битвы за Бахмут очень активно применялась артиллерия, вообще был такой период. А поскольку Корейская народная армия и Вооруженные силы России родом из Советской армии, у них совместимы калибры. И, соответственно, пазл очень красиво сложился.
Сейчас в боевых действиях, как вы знаете, фокус сместился с артиллерии на дроны. Снаряды нужны меньше, а дронов в Северной Корее пока еще не производят в таких количествах. Но зато страна может поделиться солдатами. А ведь человеческой силой не делился никто, включая суперближайших союзников. Я даже не Лукашенко имею в виду, а Абхазию и Южную Осетию. Даже они не посылали своих солдат на фронт, а Северная Корея посылала. Поэтому понятно, что Путин благодарен. Он очень эмоционально вовлечен в боевые действия и во всё, что с ними связано.

19 июня 2024 года. Пхеньян. Владимир Путин и лидер КНДР Ким Чен Ын. Фото: Владимир Смирнов / POOL / ТАСС
— И ведь никто не верил, что Ким Чен Ын на самом деле пошлет своих солдат в помощь Путину. А он это сделал. О чем это говорит? Мы прямо настолько нужны Северной Корее?
— Да, я тоже в это не верил, в 2022 году мне это казалось немыслимым. Но, получается, да — нужны. И Ким Чен Ын здесь готов рискнуть. Для него это очень важная геополитическая игра такая. Дело в том, что Северная Корея очень зависит от Китая, более 90% торговли у них шло с Китайской Народной Республикой до февраля 22-го. И им всегда хотелось какую-нибудь вторую страну.
Ведь вся их доктрина внешней политики строится на том, что должно быть несколько спонсоров, на противоречиях между которыми можно играть. Они пытались такое провернуть с Сеулом — не получилось. Получилось с Москвой.
Так что сейчас Северная Корея, с одной стороны, очень пытается наладить отношения с Россией, а с другой стороны — по возможности, еще сделать так, чтобы были какие-то трения между Москвой и Пекином, чтобы на этих трениях можно было играть.
— А как она пытается это сделать? Что в отношениях России и Китая зависит от КНДР?
— Обратите внимание: северокорейцы пытаются наладить сотрудничество абсолютно по всем фронтам и громко о них писать. Позвать российских туристов, наладить какие-то небольшие обмены, провести месячники российской культуры, выставки-ярмарки своей продукции. Сказать: вот, смотрите, как партнерство идет — видимо, чтобы потом, если отпадет нужда в сотрудничестве по военной части, сказать: мол, ребята, мы же «хорошо сидим», давайте продолжать.
При этом ничего из этого напрямую не делается так, чтобы позлить китайцев, но постоянно виден какой-то легкий подтекст. Условно: позвали российских туристов, а китайских пока не пускаем. Или построили мост через пограничную реку — но настолько низким, что он перекрывает Китаю выход в Японское море. Ну такие мелкие штуки, про которые, конечно, не подумали. Для них золотым временем был советско-китайский раскол, когда Брежнев и Мао ругались, и Ким Ир Сен (дедушка нынешнего вождя) «доил» и Леонида Ильича, и Мао Цзэдуна.
Мост сомнительной дружбы— Про новый автомобильный мост между РФ и КНДР через реку Туманную (Туманган) как раз и хотела спросить. Его специально таким низким построили? Вдруг это такой… простым языком говоря, «косяк»?
— Естественно, я свечку не держал, но очень удивлюсь, если никто об этом не подумал. Подозреваю, что да, специально. В общем и целом, это укладывается в стиль северокорейской дипломатии. И причем китайцы, насколько я слышал, некоторые свои претензии высказывали, но в таком формате: мол, в будущем, если будет принято политическое решение, вы же его, конечно, перестроите, чтобы и наши суда могли ходить? И с таким посылом, в случае чего, Китай как сильная страна сможет добиться своего.

Новый автомобильный мост между РФ и КНДР через реку Туманную. Фото: mintrans.gov.ru
— А насколько этот трансграничный переход в виде моста через реку Туманную реально нужен? СВО закончится, и может вполне оказаться, что и друзья у нас новые, и торговать-то нам нечем, и знаменитые курорты северокорейского края не так уж манят…
— Я думаю, ничем мы торговать не будем. Торговли же особой не было, пока не наступил 2022-й. И потом не появится. Особых экономических интересов нет. Единственное, наверное, — это потребность Дальнего Востока, где население небольшое, в северокорейских рабочих, которые хорошо трудятся за небольшую зарплату. Соответственно, для самих северокорейских рабочих это большой плюс, потому что даже после вычета налогов у них остается гораздо больше денег, чем они могут заработать на родине. Кроме того, пока никаких проектов, приносящих реальную пользу обеим сторонам, я не вижу.
— Добавлю, что северокорейские рабочие без проблем могут доехать до Приморья поездом или долететь самолетом. Для этого вообще не нужно строить новый автомобильный мост. И второе — Российская Федерация присоединилась к пакету санкций Совбеза ООН, и северокорейских рабочих наша страна официально не привлекает. Да и неофициально — строительные компании Приморья очень хотят привезти северокорейских рабочих, они очень ценятся, но увы. Понятно, что они есть, приезжают, оформляются нелегально (по студенческим визам, например) — но на стройках их действительно существенно не хватает. Как считаете, может ли РФ в одностороннем порядке отказаться от наложенных ранее на КНДР санкций хотя бы в рамках благодарности Ким Чен Ыну за солдат?
— Соглашусь с тем, что автомобильный мост совершенно не нужен для перевозки в Россию рабочих. Которые сейчас действительно в каком-то фейковом визовом статусе. Рискну предположить, что такая политика связана с тем, что санкции введены не кем иным, как Советом Безопасности ООН. А Путин очень любит Совет Безопасности ООН, постоянно говорит, что этот орган должен быть основным международным арбитром. И напрямую манкировать решением Совбеза ему как-то не с руки. Что будет дальше — решать будет именно президент. Не думаю, что даже Лавров может напрямую отдать такое распоряжение без согласования. Но если так случится, то больше северокорейских работяг заработают себе на хлеб. Я в этом ничего плохого не вижу.
Санкции вводились для того, чтобы остановить ракетно-ядерную программу. Понятно, что эту программу никакие санкции не остановят и вообще там ничего не будет без смены режима. А смены режима, по крайней мере, пока, не предвидится.
— Сейчас шутка такая ходит: Ким Чен Ын смотрит, что сейчас вообще в мире происходит (на Ближнем Востоке, в Украине и так далее), проливает скупую слезу и переживает: «А как же я? Обо мне все забыли?» Как будто раньше КНДР в международной повестке звучала гораздо ярче, а сейчас уже просто всем не до них.
— Отчасти, конечно, так и есть. В том числе потому, что (единственное, чего удалось добиться, в первую очередь китайцам) КНДР, если вы заметили, больше не взрывает ядерные бомбы. А вот все шесть подземных ядерных испытаний с 2006 по 2017 год производили очень большие афтершоки в прессе. Плюс к тому — пока, по всей видимости, КНДР относительно довольна ситуацией и не очень рассчитывает на то, что очередная акция даст им какие-то бенефиты.
Раньше же всё это устраивали не просто потому, что хотелось «побузить», а потому, что хотелось за это получить откат. Запускаешь, скажем, ракету — СМИ сразу кричат: «Корейский полуостров на грани войны!» В Южной Корее индексы ползут вниз. Ты звонишь в Сеул и говоришь: хочу то-то и то-то. Тебе дают отступные, и всё хорошо. Да, сейчас они действительно стали потише. Тем более — столько ужасов в последнее время: пандемия коронавируса, о которой уже почти забыли, военные действия на Ближнем Востоке, в Украине, в Судане продолжается гражданская война…

Фото: AP / TASS
— Знаменитая северокорейская зона свободной экономической торговли «Расон», в которую вообще-то и Российская Федерация в свое время вкладывалась, — как она функционирует? Есть ли перспективы ее развития? Может, мы снова будем через северокорейский порт Раджин свой, например, уголь переваливать?
— Точно сказать не могу — Северная Корея сейчас еще более закрытая страна, нежели была. На порядки снизилось число людей, бежавших оттуда, — а они являлись главным источником информации. Но я могу сказать, что в прошлом году был в Китае, как раз в тех краях, что рядом с зоной «Расон», поинтересовался, как со связями с Северной Кореей? И мне сказали: связи все после начала пандемии (то есть с 2020 года) оборваны.
Ничего нет, ни торговли, ни людей. Я подозреваю, что «Расон» с его знаменитым казино несколько захирел. Но кто знает, что именно там происходит? Опять-таки говорю: сведений очень и очень мало.
— Люди бежать стали меньше из Северной Кореи потому, что лучше жить стало? Или, условно говоря, пограничников больше поставили?
— Гайки закрутили. Вначале Китай закрылся от коронавируса — а бежал народ в основном туда. Стало плохо. За это время они построили стену из колючей проволоки по всей китайской границе. Плюс Ким Чен Ын, в отличие от своего папы Ким Чен Ира, очень строго следит за тем, чтобы сбежать было сложно и в случае чего тебя застрелили на границе. Он всячески предпринимает усилия, чтобы снизить процент бежавших. Причем эту инструкцию он отдал чуть ли не в первые несколько дней после прихода к власти, еще в декабре 2011 года. И пандемия ему, конечно, очень помогла.
— А жизнь-то вообще в Северной Корее лучше становится?
— Когда как… Первые несколько лет правления Ким Чен Ына экономика росла. Примерно с 2015 года реформы остановились, а потом были частично повернуты вспять. Насколько я знаю, в районе 2023–2024 года им пришла экономическая помощь из России. Коллеги, которые следят за ценами на северокорейских рынках, говорили, что это повлияло. Но в целом никто не хочет проводить там нормальных рыночных реформ, которые уже провели все остальные четыре страны социализма: Куба, Китай, Вьетнам, Лаос. И по-прежнему в КНДР довлеет идея о том, что незачем что-то реформировать, когда можно найти большую страну, которая будет тебе давать много помощи. Сейчас это Китай и Россия — в меру того, насколько северокорейские дипломаты умеют их доить. А умеют они это очень хорошо.
Тоталитарная страна с огромным потенциалом— Есть мнение, особенно оно популярно в либеральных кругах, что Российская Федерация в последнее время движется в сторону Северной Кореи в части гражданских и цифровых свобод, обособленности от внешнего мира, свободы слова и т.п. На ваш взгляд, так ли это? И если да, то что это означает? Чего нам в реальности ждать? Вон, говорят, даже интернет в КНДР есть — может, не так уж всё плохо?
— Давайте начнем со второй части. Интернета в КНДР нет, там есть интранет. Своя внутренняя сеть — вроде очень большой локалки для всей страны. Для выхода в интернет либо человеку нужно прямое разрешение вождя, либо есть, например, в каких-то ведущих институтах один компьютер, подключенный к интернету. И ты сидишь и скачиваешь все статьи по биологии, а с тобой рядом — физически — садится сотрудник и записывает в блокнот адреса всех сайтов, куда ты заходишь, глядя в твой монитор. Чтобы получить или послать e-mail за границу, как мне рассказывали китайцы, у которых есть связи с КНДР, согласование занимает несколько месяцев.
Иногда люди считают, что Северная Корея — это такая еще одна авторитарная страна, а Ким Чен Ын — это что-то вроде Путина, Лукашенко, Си Цзиньпина или Хаменеи. На самом деле, он фундаментально гораздо более авторитарный, чем все они. Это не диктатура, а что-то еще хуже — можно назвать это тоталитаризмом.

26 апреля 2026 года. Открытие Музея боевых подвигов героев зарубежной военной операции в Пхеньяне. Фото: пресс-служба Госдумы РФ / ТАСС
Движется ли туда Россия? У меня есть ощущение, что, когда люди говорят, будто «Россия движется в сторону Северной Кореи», это не сильно отличается от фраз о том, что «Россия движется в сторону «1984» Оруэлла. Становится меньше свобод, всё становится хуже, Путин закручивает гайки и так далее. И пусть я не специалист по России, но рискну предположить следующее. Путин — большой поклонник философа Ивана Ильина, у которого была целая теория. Что был радикальный фашизм, как у Гитлера или хорватских усташей, и умеренный фашизм, как у Муссолини, Франко и Салазара. Так что я бы скорее на Италию смотрел, чем на Северную Корею.
Но вот это уже моя спекуляция, личное мнение.
— На ваш взгляд, у Северной Кореи есть какие-то перспективы к большей открытости и к тому, чтобы по уровню гражданских свобод стать хотя бы как Китай?
— Если там сменится руководство. Пока этого не случится, я, честно говоря, ни во что такое не верю. А вот если, допустим, у Ким Чен Ына будут проблемы с сердцем, как в 2020 году, и он скоропостижно скончается, а на смену ему придет кто-то, желательно не из семьи (чтобы легитимность строить не на семье, а на чем-то еще) и немножко более адекватный, — почему бы и нет? Потенциал у страны просто огромен! Там же очень высокий уровень грамотности, образования. Несмотря на уровень жизни, у них сейчас 16% людей имеют университетское образование, в стране почти поголовная грамотность. Более-менее полный охват базовой медициной. В принципе, при адекватном руководстве Северная Корея может совершить рывок вперед. Другой вопрос, как добиться того, чтобы там было адекватное руководство?

Собкоры «Новой» и эксперты — о жизни «за бугром»
Войдите в профиль, чтобы не терять свои подписки на разных устройствах
| # | Наименование новости | Тональность | Информативность | Дата публикации |
|---|---|---|---|---|
| 1 | Как Северная Корея нашла предел американской ПРО - DISCRED.RU | 0 | 5 | 13-07-2026 |
| 2 | Как Северная Корея нашла предел американской ПРО 12. 07. 2026 ... | 0 | 5 | 13-07-2026 |
| 3 | КНДР пригрозила США уничтожением в случае разжигания войны на Корейском полуострове | 0 | 0 | 20-06-2020 |
| 4 | А ЭТО ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ РАКЕТ В ГОД..‼‼ "Бездонный конвейер оружия ... | 0 | 7.98 | 05-08-2026 |
| 5 | Северная Корея произвела пуск неизвестного снаряда в акваторию Японского моря | 0 | 5.89 | 06-08-2026 |
| 6 | 🇷🇺🇰🇵🚀 "Это могут быть десятки тысяч ракет в год. Бездонный ... | 0 | 8.12 | 04-08-2026 |
| 7 | В Нацразведке США считают, что КНДР может возобновить ядерные и ракетные испытания | 0 | 0 | 13-04-2021 |
| 8 | Сеул считает, что пуски снарядов КНДР говорят о ее недовольстве учениями США и Южной Кореи | 0 | 0 | 16-08-2019 |
| 9 | СМИ: запущенные КНДР ракеты не представляли угрозы для Японии | 0 | 0 | 10-08-2019 |