Кристофер Нолан предложил свой рецепт решения проблем кинотеатрального бизнеса: студии должны больше рисковать именно с крупнобюджетными блокбастерами, потому что зрители отчаянно ищут "нечто новое".
Неповерхностно изучая фильмы и всю историю кинематографа, можно с абсолютной уверенностью утверждать: успех невозможен без риска. Преследовать безопасные ходы — прямая

Кристофер Нолан предложил свой рецепт решения проблем кинотеатрального бизнеса: студии должны больше рисковать именно с крупнобюджетными блокбастерами, потому что зрители отчаянно ищут «нечто новое».
Неповерхностно изучая фильмы и всю историю кинематографа, можно с абсолютной уверенностью утверждать: успех невозможен без риска. Преследовать безопасные ходы — прямая дорога к провалам. Такой подход к мейнстримным фильмам уже не работает. Зрители хотят нечто новое.
Риск — это посредники в лице финансистов и студий. Главное — достучаться до зрителя. Я не загадываю насчёт «Одиссеи», но в прошлом наша вера в зрителей всегда вознаграждалась.
В случае «Одиссеи» — экранизации древнегреческой поэмы Гомера — зрительское вознаграждение должно быть действительно весомым, чтобы отбить 250-миллионный бюджет. Впрочем, Нолан действительно готов рисковать. Взять Лупиту Нионго на роль Елены Прекрасной — чистой воды неоправданный риск. Видимо, это тоже вписывается в рамки заявления, что «зрители ищут нового». По-другому действительно не скажешь.
Подход режиссёра пока что привёл к тому, что нет даже более или менее ясного прогноза по сборам за первый уик-энд.
Всё-таки многие зрители верят, что имя Нолана уже является знаком качества и гарантией интересного кинотеатрального опыта.
К слову, на чьи шиши режиссёр станет снимать фильмы, если финансисты и студии начнут терять деньги на его рискованных проектах?