В отчете геополитической консалтинговой фирмы Asia Group сделан вывод о том, что Китай пережил бурю глобального сырьевого кризиса, вызванного закрытием ближневосточного водного пути, а также выиграл от экономических и геополитических тенденций, вызванных более широким конфликтом.

Как напоминает The Guardian, Иран фактически перекрыл пролив, жизненно важный водный путь, через который проходит большая часть мировых поставок нефти и газа, после того, как 28 февраля США и Израиль нанесли совместные удары по правительственным и военным объектам и убили верховного лидера Ирана Али Хаменеи. Последовавший за этим кризис привел к резкому росту мировых цен на энергоносители, причем Азия особенно пострадала от этого.

В отчете отмечается, что до закрытия пролива примерно 80% нефти и почти 90% сжиженного природного газа, перевозимых транзитом по водному пути, предназначались для азиатских рынков, наряду со значительной долей других важнейших сырьевых товаров.

В отчете рассматривались крупнейшие экономики Азии – Китай, Индия, Япония и Южная Корея, а также развивающиеся рынки Юго–Восточной Азии. Исследователи проанализировали экономические и политические последствия кризиса и его влияние на ключевые секторы, включая производство, энергетику и сельское хозяйство.

Аналитики пришли к выводу, что Китай вышел явным победителем из кризиса, вызванного вторжением Дональда Трампа на Ближний Восток.

Большие запасы нефти в стране и чрезвычайно амбициозное внедрение возобновляемых источников энергии означают, что он в меньшей степени, чем другие страны, пострадал от энергетического шока.

Китай долгое время сохранял стратегические запасы энергоносителей, а в прошлом году воспользовался низкими ценами, чтобы создать еще большие запасы. Согласно анализу Эрики Даунс, старшего научного сотрудника Центра глобальной энергетической политики, импорт сырой нефти в США вырос с 11,1 млн баррелей в день до 11,6 млн в 2025 году, причем более 80% этого увеличения приходится на запасы. По состоянию на январь, Китай располагал достаточными запасами для покрытия импорта на 104 дня на уровне 2025 года.

В последние годы в стране также ведется масштабное строительство инфраструктуры возобновляемых источников энергии. В прошлом году было установлено 315 ГВт новых солнечных мощностей, что составляет более половины всех новых солнечных мощностей в мире. Годом ранее было добавлено 277 Гвт, пишет The Guardian. Пекин стремится к тому, чтобы к 2030 году половина энергии в Китае вырабатывалась из неископаемых источников, а доля энергии ветра и солнца достигла 30% по сравнению с 22% в 2025 году.

Хотя энергетический баланс Китая по-прежнему в значительной степени основан на угле, на долю которого приходится более 50%, доля возобновляемых источников энергии быстро растет.

В отчете аналитиков говорится: “С уже подключенными к работе возобновляемыми мощностями мощностью 1,4 тераватт и заявленным запасом на 90-110 дней для покрытия импорта сырой нефти Китай пережил первоначальный шок лучше, чем любой другой регион”.

Китай также извлек выгоду из того, что другие страны отреагировали на кризис, ускорив развитие экологически чистой энергетики, продолжает The Guardian. Пекин доминирует в глобальной цепочке поставок солнечной энергии и других экологически чистых технологий и в последние годы продает большую часть этой продукции за рубеж по низким ценам, к огорчению западных лидеров, обеспокоенных состоянием своей собственной промышленности.

Экспорт электромобилей из Китая в мае вырос более чем на 110% по сравнению с предыдущим годом, в то время как поставки солнечных батарей в апреле выросли на 60%.

Пекин призвал к прекращению огня на Ближнем Востоке, и когда Трамп посетил страну в мае и встретился с председателем КНР Си Цзиньпином, он заявил, что две страны едины в желании найти решение конфликта. Но в докладе аналитиков отмечается: “Кризис позволяет Пекину выставлять Соединенные Штаты в качестве дестабилизирующего субъекта, чьи ближневосточные проблемы дорого обходятся миру”.

Нестабильность создает определенные риски для Китая. Дрю Томпсон, старший научный сотрудник Школы международных исследований имени С. Раджаратнама в Сингапуре, сказал: “Заманчиво рассматривать любую потерю доверия к США как выгоду для Китая, но это не обязательно относится к Пекину, который не хочет вытеснять Вашингтон в качестве гегемона на Ближнем Востоке или поставщик услуг по обеспечению безопасности в регионе.”

Вэнь-Ти Сун, внештатный сотрудник Глобального китайского центра, базирующегося на Тайване, сказал, что кризис также может заставить Пекин дважды подумать о будущем военном нападении на Тайвань, поскольку он показал сложность проведения судов через враждебную территорию.

В докладе аналитической группы делается вывод: “В конечном счете Пекин рассматривает болевые точки не как угрозы существованию, а как вызовы, с которыми необходимо справиться, и даже возможности, которые можно использовать”.