"Дутов убит мусульманами Джаркентского уезда Чакышевым, Хздмакяровым, 2-мя братьями Байсмаковыми при ближайшем участии мусульман уогоде [того же?] уезда, о...урбакиева, Кудиярова и Мазакбаева. Операция приготовлена Джаркентским политбюро. Агентурное дело об убийстве посылаем с первым курьером... Предоб[л]чека Эйхманс", - именно так, с многочисленными ошибками, в дешифровке через десять суток после событий сообщалось из Семиречья в Ташкент, а затем и в Москву об успешной операции советских агентов по ликвидации атамана А.И. Дутова¹.

Скорее всего, в Москву новость пришла раньше. Нашлась и другая телеграмма в ВЧК с копиями в ЦК РКП(б) и командующему Туркестанским фронтом Г.Я. Сокольникову:

"В дополнение [к] посланной вам телеграмме сообщаю подробности: ЧК посланными через джаркентскую группу коммунистов шестого февраля убит генерал Дутов и его адъютант и два казака личной свиты атамана при следующих обстоятельствах. Руководивший операцией зашел [на] квартиру Дутова, подал ему письмо и, воспользовавшись моментом, двумя выстрелами убил Дутова, третьим - адъютанта. Двое оставшихся для прикрытия отступления убили двух казаков из личной охраны атамана, бросившихся на выстрел в квартиру. Восьмого февраля после панихиды трупы убитых отправлены [в] Кульджу. Наши сегодня благополучно вернулись [в] Джаркент. Ташкент. 11 февраля 1921 г. № 586. Уполномоченный представитель ВЧК Петерс"².

Атаман Дутов прожил всего 41 год, но успел стать легендой³. Его заслуги можно перечислять долго: общеказачий лидер революционного 1917 г., возглавивший в Петрограде Совет Союза казачьих войск; депутат Учредительного собрания; выборный атаман Оренбургского войска - одного из крупнейших в России; вождь Белого движения, в числе первых выступивший против красных осенью 1917 г., а годом позднее вновь среди первых признавший власть Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака. В годы Гражданской войны на Южном Урале Дутов создал свою казачью армию, которая упорно сражалась на несколько фронтов, блокируя железнодорожное сообщение советского центра с красным Туркестаном.

Дутов боролся с красными бескомпромиссно, вплоть до того, как оказался весной 1920 г. вытеснен с остатками своих бойцов из Семиречья в Западный Китай и разместился в приграничном городке Суйдин. Но и там он стал вынашивать планы реванша: наладил связи с подпольем на советской территории и занялся подготовкой вторжения, за что и поплатился жизнью.

На поверку замыслы атамана являлись легкомысленным прожектерством, присущим Дутову: в его отряде не было оружия, часть лошадей пала от истощения, другие были распроданы, оставалось не более двух десятков офицеров, и то в большинстве своем произведенных из нижних чинов. Словно предчувствуя скорую гибель, в конце ноября 1920 г. атаман составил завещание⁴. Жить ему оставалось чуть больше двух месяцев...

Увы, документы с подробностями убийства Дутова остаются засекреченными. Известно, что это была совместная операция военной разведки и ВЧК. Ее курировали полномочный представитель ВЧК в Туркестане Я.Х. Петерс, начальник Семиреченской ОблЧК Ф.И. Эйхманс и ответственный сотрудник РВС Туркестанского фронта В.В. Давыдов. Важную роль играли председатель Джаркентской уездной ЧК П.Н. Суворов и его заместитель (по другим данным - председатель) М.Т. Крейвис.

Исполнители покушения были мусульманами. Руководил ими Касымхан Чанышев (1898-1932) - наполовину татарин, член РКП(б), молодой начальник джаркентской уездной милиции и контрабандист. В Кульдже жил его дядя, что позволяло будущему ликвидатору бывать в Западном Китае, не вызывая особых подозрений. Чанышева арестовали, обвинив в причастности к белому подполью и приговорили к расстрелу. Кроме того, взяли в заложники его родственников и потребовали организовать ликвидацию Дутова⁵. Выбора не оставалось.

Незадолго до операции было издано постановление Джаркентской уездной ЧК, в котором отмечалось, что агент джаркентского пункта регистрационного отдела РВС Туркестанского фронта Касымхан Чанышев получил от заведующего пунктом Давыдова задание убить Дутова, а председатель ЧК Крейвис выдал ему оружие. Чанышев "был предупрежден под его личную подписку о том, что неисполнение повлечет за собой его, К. Чанышева, расстрел"⁶.

Оружие было отправлено в Китай, а ликвидации все не происходило, причем отведенный на нее срок неоднократно продлевался. Согласно этому документу "дальнейшее оттягивание задание рассматривается как измена рабоче-крестьянскому делу"⁷. В документе также упоминался брат Чанышева Аббас - агент того же пункта, разгласивший, несмотря на данную подписку, план ликвидации Дутова.

Было постановлено Чанышевых как врагов революции расстрелять, "принимая же во внимание их прошлую деятельность и обещания закончить ликвидацию, - дать возможность свидания названных заключенных с[о] своим братом Амином Чанышевым для разработки плана, исполнения, срок которого продлить до 12 часов 5 февраля и в случае исполнения облегчить тяжесть преступления"⁸. Таким образом, готовилась именно ликвидация Дутова, а не похищение. И хотя сроки были вновь сорваны, операция все же состоялась.

Непосредственным убийцей Дутова оказался 27-летний уйгур - чекист Махмуд Ходжамиаров (1894-1938). Он рано осиротел, получил низшее образование, батрачил, долгое время жил в Китае. Как и Чанышев, занимался контрабандой⁹, имел репутацию ловкого джигита. В ЧК работал только в 1920-1922 гг. Он также незадолго до ликвидации Дутова был арестован чекистами.

В своем интервью 1935 г. Ходжамиаров заявил:

"Чека арестовала Касымхана Чанышева и Аубакира Жунусова, уличив их в измене родине. Им грозила смертная казнь. Но им ставилось условие: убить Дутова... И тогда они... будут помилованы... И вот они вызвали меня к себе и со слезами на глазах просили меня спасти их, выполнив задание, которое ставится перед ними... Я и мой друг Мутай (или Мукай) и его брат Кобек под видом контрабандистов переходили... через границу несколько раз и даже один раз "поймались" в руки властей Дутова. Нас отпустили, взяв слово, что мы будем привозить им пакеты, давать нужные им сведения. Обо всем этом было известно Чека, и мне приходилось несколько раз возить пакеты, содержание писем в которых составлялось ЧК. Только таким образом я мог проникнуть в кабинет к Дутову"¹⁰.

Курьерами к Дутову ездили, помимо Ходжамиарова, братья-уйгуры Газиз и Насыр Ушурбакиевы. В операции также участвовали братья Кобек (Кудек) и Мухай (Мутай) Байсмаковы, Юсуп Кадыров, Султан Моралбаев и Аубакир Жунусов.

Задача была чрезвычайно сложной. Чанышев внедрился к Дутову как единомышленник из Советской России. Но дело шло небыстро. Более того, пришлось выполнять различные задания самого Дутова. Так, атаман потребовал от Чанышева устроить в джаркентскую милицию его человека - поручика Д.И. Нехорошко, что и было выполнено, а затем добился передачи белым партии винтовок с патронами. Оперативная комбинация начинала приобретать неблагоприятный для советской стороны оборот. 15 января 1921 г. Чанышев был арестован, после чего чекисты инсценировали его побег, убедив Дутова в лояльности контрагента из Семиречья¹¹.

Развязка наступила 6 февраля 1921 г. около 18 часов, во время очередного приезда группы Чанышева к Дутову. Предоставим слово Махмуду Ходжамиарову:

"Вручив письмо Дутову, я стал посредине комнаты, выжидал. Взяв письмо и разорвав конверт, Дутов начал читать. Прочтет одну строку - и посмотрит на меня, прочтет вторую строку - снова посмотрит на меня. В этот момент мне так трудно было достать револьвер из-за пазухи. Я опасался, что он догадается, как только я поднесу руку к своей груди. И все же, делая вид, что мне надо почесать горло... я... мгновенно достав наган, выстрелил в бок Дутову и тотчас повернулся к адъютанту... В тот же момент адъютант бросился ко мне, пытаясь схватить меня за обе руки, я выстрелил в упор в него и попал в самый лоб. Он сразу рухнул. Впотьмах я подбежал к Дутову и, желая убедиться, не жив ли он, пнул ногой и еще раз выстрелил в него. Я хотел срезать его голову, но ножа, который я так долго хранил в голенище сапог, там не оказалось, видимо, я забыл в квартире...

Вышел во двор. В тот момент, когда в комнате раздался выстрел, Мутай [Байсмаков], оказывается, застрелил наповал часового и тотчас из двух наганов открыл огонь по окну дома, где находились охранники, и стрелял беспрерывно, не выпуская оттуда никого. Все это событие произошло в один миг, в течение 3-4 минут. Младший брат Мутая - Кобек, проявив большую стойкость, держал лошадей в самом логове врага. Мгновенно вскочив на коней, мы тотчас помчались к воротам крепости"¹².

Ходжамиаров не упомянул Чанышева, находившего снаружи и прикрывавшего отход группы.

На следующий день, в 7 часов утра, Дутов скончался от большой кровопотери. Помимо атамана, погибли его ординарец, старший урядник Василий Лопатин и часовой, приказный Василий Маслов. Планы вторжения на советскую территорию оказались сорваны.

Среди русских в Синьцзяне ходили слухи о том, что через два-три дня после похорон могила Дутова была якобы ночью разрыта, а тело обезглавлено и не захоронено: убийцам нужны были доказательства исполнения задания¹³. Однако это всего лишь легенда. Дело в том, что Дутов и погибшие с ним Лопатин и Маслов были похоронены прямо в расположении отряда, и незаметно раскопать могилу было невозможно. Отрезание головы исключалось, если атамана похоронили, как было предписано в приказе по отряду от 9 февраля 1921 г.¹⁴, в цинковом гробу в целях дальнейшего возвращения останков на родину. В 1925 г. останки Дутова и его соратников перезахоронили на местном католическом кладбище, сложив на могиле атамана пирамиду из крупного булыжника.

Дело против Чанышева было прекращено 7 марта 1921 г. Чанышева и Ходжамиарова наградили именным огнестрельным оружием, часами и грамотами. Однако судьбы ключевых ликвидаторов сложились трагично. Чанышев перебрался работать в Киргизию, где в 1932 г. был арестован в городе Ош по подозрению в присвоении государственных средств и спекуляции, а затем убит при попытке побега¹⁵. Истинная причина его гибели остается неизвестной.

После убийства Дутова Ходжамиаров в 1921 г. стал кандидатом в члены РКП(б). На самого ликвидатора в 1925 г. в Джаркенте и в 1928 г. в его окрестностях было совершено два покушения. Кроме того, в ночь на 1 января 1937 г., пока Ходжамиаров находился на совещании в Алма-Ате, в его квартире в селе Большое Аксу Уйгурского района Алма-Атинской области безработным "кулаком" И.М. Андреевым (по некоторым данным, бывшим дутовцем) и его сообщниками были зверски убиты 31-летняя жена и 9-летняя дочь. Сам Ходжамиаров и пресса связывали это преступление с местью за Дутова, но более вероятной причиной являлась порождавшая недовольство деятельность Ходжамиарова на посту директора Заилийской МТС¹⁶.

В марте 1937 г. Ходжамиарова назначили председателем Джаркентского горсовета, в ноябре того же года он был арестован и 20 октября 1938 г. расстрелян. В период массовых репрессий также были расстреляны и другие участники ликвидации - Я.Х. Петерс, В.В. Давыдов, Г.У. Ушурбакиев. Впоследствии все реабилитированы.

Долгое время после гибели Дутова официальной в СССР являлась версия о том, что атамана убил кто-то из своих¹⁷. Лишь десятилетия спустя начали выясняться подлинные детали случившегося. В 1959 г. "Казахстанская правда" напечатала рассказ "Конец Дутова"¹⁸. После этого, в 1960-м, был реабилитирован сам Ходжамиаров, а в 1961-м - Чанышев.

Затем разгорелись настоящие страсти.

Себе в заслугу убийство атамана пытались поставить различные ведомства и лица. Последний живой участник операции Насыр Ушурбакиев, живший в Орске, начал обращаться в различные инстанции, добиваясь персональной пенсии. В феврале 1963 г. его интервьюировал знаменитый писатель Юлиан Семенов, написавший на основе интервью и материалов архива Октябрьской революции рассказ "Казнь атамана Дутова"¹⁹. Он был напечатан в журнале "Огонек" под названием "Казнь белого атамана", но по цензурным соображениям сильно искажен (Дутов, к слову, там стал Тепловым, а Суйдин переименовали в Карагач²⁰).

Чуть позже увидела свет повесть З. Танхимовича и А. Сергеева "Конец атамана", в которой Чанышев изображался приспешником Дутова и врагом советской власти. Почва для таких утверждений, как мы знаем, имелась, но в 1964 г. они были восприняты властями как клевета на героя. Вопрос разбирали на уровне ЦК Компартии Казахстана. Институту истории партии при ЦК летом 1964 г. было поручено подготовить справку, а председатель КГБ при Совете министров Казахской ССР Г.С. Евдокименко дал указание "выступить в печати со статьей, в которой подвергнуть критике писателей З. Танхимовича и А. Сергеева и показать подлинное лицо Чанышева как одного из активных участников чекистской операции по уничтожению атамана Дутова"²¹.

Такая статья за подписью кандидатов исторических наук из Института истории партии П.И. Тибекина и С.Б. Кульбаева (именно они ранее готовили справку по запросу ЦК) действительно появилась на следующий год в журнале "Простор" под хлестким названием "Непозволительные домыслы и смещения"²². Она трижды обсуждалась в идеологическом отделе ЦК Компартии Казахстана, в том числе с участием представителей КГБ. Авторы "Конца атамана" дали свой ответ, причем привели ряд весомых аргументов, однако невыгодная властям публичная дискуссия была свернута. "В настоящее время о Чанышеве не может быть дискуссий"²³, - заявили Тибекин и Кульбаев в письме директору Института истории партии при ЦК Компартии Казахстана в октябре 1965 г. и пригрозили Танхимовичу с Сергеевым уголовным преследованием.

В 1966 г. в Алма-Ате, на сцене республиканского уйгурского театра был показан спектакль по пьесе М.Н. Кабирова "Незабываемые дни" о ликвидации Дутова. Пьеса также подверглась критике за замалчивание роли русских революционеров и проявление уйгурского национализма²⁴.

А уже в 1970 г. на советские экраны вышел фильм "Конец атамана" режиссера Ш.К. Айманова, снятый киностудией "Казахфильм" по сценарию А.С. Михалкова-Кончаловского, бывшего сотрудника советской внешней разведки Э.А. Тропинина и А.А. Тарковского (его имя в титрах не указали). Картина стала первой в цикле о приключениях чекиста Чадьярова и обрела зрительский успех - в 1972 г. ее посмотрели около 30 миллионов зрителей.

Фильм не во всем соответствовал историческим событиям. Фамилию главного героя Чадьярова составили из фрагментов фамилий реальных ликвидаторов Чанышева и Ходжамиарова, а всех участников операции представили как чекистов. Нарушена была и хронология событий, а некоторые из них вымышлены. Сам атаман, которого играл блистательный В.И. Стржельчик, предстал перед зрителями в карикатурном виде как неуравновешенный и истеричный человек, а вот образ коварного начальника контрразведки Дутова - отца Ионы - выглядел достоверным.

Ажиотаж вокруг ликвидации Дутова затем стих, но лишь в постсоветский период, когда частично открылись архивы, стали известны реальные детали операции.

• ^{1. Центральный архив Федеральной службы безопасности России (ЦА ФСБ). Ф. 1. Оп. 5. Д. 108. Л. 1.}
• ^{2. ЦА ФСБ. Ф. 1. Оп. 5. Д. 467. Л. 14.}
• ^{3. Подробнее о нем см.: Ганин А.В. Атаман А.И. Дутов. М., 2006.}
• ^{4. ГА РФ. Ф. Р-5873. Оп. 1. Д. 8. Л. 85об.-86об.}
• ^{5. Архив Президента Республики Казахстан (АПРК). Ф. 71. Оп. 3. Д. 61. Лист не нумерован; Ф. 666. Оп. 1. Д. 256. Л. 21об.}
• ^{6. АПРК. Ф. 666. Оп. 1. Д. 256. Л. 72.}
• ^{7. Там же.}
• ^{8. Там же.}
• ^{9. АПРК. Ф. 71. Оп. 3. Д. 49. Лист не нумерован.}
• ^{10. АПРК. Ф. 811. Оп. 23. Д. 114. Л. 325-326.}
• ^{11. АПРК. Ф. 666. Оп. 1. Д. 256. Л. 16.}
• ^{12. АПРК. Ф. 811. Оп. 23. Д. 114. Л. 326-327.}
• ^{13. Софронова Е.И. Где ты, моя Родина? М., 1999. С. 23.}
• ^{14. ГА РФ. Ф. Р-5873. Оп. 1. Д. 7. Л. 3-3об.}
• ^{15. АПРК. Ф. 811. Оп. 23. Д. 114. Л. 1.}
• ^{16. Там же. Л. 15-17.}
• ^{17. См., напр.: Р. К ликвидации Бакича //Красная Армия на Востоке (Иркутск). 1922. № 6. Апрель. С. 45.}
• ^{18. Кабиров М., Сергеев А. Конец Дутова // Казахстанская правда. 1959. № 137 (10369). 14.06. С. 3.}
• ^{19. Репин А.В. Юлиан Семенов: от Виткевича к Штирлицу. Оренбург, 2024. С. 133.}
• ^{20. Семенов Ю. Конец белого атамана // Огонек. 1963. № 33. Август. С. 26-28.}
• ^{21. АПРК. Ф. 811. Оп. 23. Д. 114. Л. 57.}
• ^{22. Тибекин П., Кульбаев С. Непозволительные домыслы и смещения // Простор (Алма-Ата). 1965. № 6. С. 107-109.}
• ^{23. АПРК. Ф. 811. Оп. 23. Д. 114. Л. 318.}
• ^{24. Вахидов Х. Еще раз об искажении исторических фактов // Простор. 1966. № 10. С. 118-119.}